<<
>>

Г осударственные и частные банки и банкиры

В России условия для появления банков созрели только в середине XVIII века - на несколько веков позднее, чем в Западной Европе. Однако реализовались они только после 1860 г.

Тем не менее, первый банк появился в годы царствования Елизаветы

  1. В XVIII веке отдельные банковские операции стали типичными для международных контактов царского двора и дворянства (в основном перевод средств за рубеж для финансирования зарубежных вояжей аристократов). Зарубежные банки прямо и через своих представителей при дворе поддерживали связи и обслуживали международные контакты русской знати. Кредит и становление банков помогало модернизации России XVIII-XIX веков. Этот период можно характеризовать, как проникновение кредита вширь и вглубь системы российских отношений (этап становления кредитной культуры), что создало благоприятную почву для последующего развития банковской системы.

Экстенсивный этап завершился отменой крепостного права и переходом к первоначальному накоплению капитала. В этот период в России наблюдался наибольший расцвет феодальных отношений, а в Западной Европе становление капиталистических отношений. Тем не менее, в России закладывались основы банковской системы. Особенности России наложили отпечаток и на ее банки. Одновременно в этот период началось проникновение иностранных банков в Россию.

Кредит - поддержка дворянства и самодержавия. Елизавета II занималась укреплением дворянства. При этом она использовала кредит как важный инструмент поддержки аристократии. Для этих целей были созданы два специализированных банка. Поэтому ассигнационный банк созданный Елизаветой II, был направлен на поддержание крепостного порядка в России, что и определило особенности кредитной культуры России. У аристократии формировалось своеобразное «потребительское» отношение к кредиту. Невозвращенная задолженность дворянства часто списывалась, и кредит превращался в своеобразные субсидии.

Период общей модернизации России не случайно совпал с периодом становления кредитной культуры и формированием основ для ее подрыва

ко              ко              Т Л

с самой неожиданной для того времени стороны. К концу того периода приобрели видимые очертания два диаметрально противоположных слоя: один подготовил питательную среду для терроризма, а другой - для будущих буржуа. Вырос маргинальный слой своеобразных «опричников» - людей, чьи жизненные позиции можно определить следующим образом: они никто и нигде, это те люди, среди которых слабый запьет, а сильный - переделает мир. Отсутствовала идеологическая база такого слоя. В основе его взглядов находилась эклектическая мешанина модных западных течений. Положение дел усугублялось тем, что, с одной стороны, возникали новые, порой головокружительные, возможности, которые открывал кредит, а с другой стороны, бытовые реалии, связанные с необходимостью контактов с сохранявшимся патриархальным миром ростовщиков, ставили непреодолимые барьеры на пути нового. Огромная новая информационная и хозяйственная среда, в которую окунулись сразу же несколько совершенно разных по своему формированию слоев населения. Прежде всего, получили поверхностное образование нувориши, дети бывших удачливых дворянских кухарок и прачек, мещане. Они учились в университетах и, как правило, недоучивались по классическим причинам, которые определялись как симптом «непризнанного гения». Другой питательной средой стали, с одной стороны, отщепенцы из дворянских кругов, а с другой стороны, ушедшие на шаг вперед от своего класса первопроходцы, но те, которые в своих рассуждениях и поступках «пошли не той дорогой» или «сбились с пути». Но был и другой слой, который быстро освоил силу, которую давал кредит, заемные деньги направлялись в дело и сторицей возвращались.

Российские особенности кредитной системы. Государственный банк России с момента возникновения - одновременно центральный банк и крупнейший коммерческий банк страны. У зарубежных банков достаточно давно произошло размежевание эмиссионных и коммерческих функций: эмиссионный центр был представлен государственным Центральным банком, обслуживание хозяйства отводилось коммерческим банкам.

Важной особенностью русской кредитной системы стала большая роль обществ взаимного кредита. Этот мало распространенный в других странах вид банковских учреждений до некоторой степени заменял региональные (провинциальные - губернские и волостные) коммерческие банки и отделения центральных банков, не получившие в России должного развития.

В Петербурге ипотечное кредитование опережало другие страны, да и в целом страну. По сути, ипотечные банки с момента возникновения и до начала XX века во многом определяли банковское дело столицы. Первоначально они предназначались для поддержания и сохранение дворянства и отжившей системы отношений и способствовали внедрению капиталистических отношений, прежде всего, в сельской местности. В России, как и в ее гербе - двуглавом орле, всегда проявлялась двуликость и противоположная направленность любых начинаний и многих хозяйственных структур. Один английский экономист отмечал в те времена, что принцип «толкай и сдерживай» (push and pull) заложен в самосознании и поведенческой культуре российской правящей элиты, что нашло достойное отражение в ее гербе. Для россиян, и особенно жителей столицы, более знакома формула - на словах одобряй, а на деле запрещай, не менее популярно и обратное - формальный запрет на практике действует. В банковской сфере, как ни в какой другой, скрупулезно использовали данный принцип. В XIX веке преобладающей тенденцией государственного кредита была при всех общих заявлениях о развитии хозяйства - поддержка отживших поместий и дворянства. Только к концу века ситуация переломилась в пользу развития железнодорожного транспорта.

Этапы становления банковского дела столицы. Период становления банковской системы в истории России, по сравнению с Западной Европой, был чрезвычайно коротким и до начала XX века почти всецело был ограничен столицей. Банковская система только после отмены в 1861 г. крепостного права и реализации «крестьянской реформы» стала подтягиваться к европейскому уровню. В ходе Первой мировой войны были свернуты многие банковские функции и закрыто большинство отделений.

Кредит развивался преимущественно на межгосударственной основе - посредством зарубежных займов на ведение войны. Революция 1917 г. полностью разрушила сложившуюся банковскую систему и привела в дальнейшем к становлению государственного банка нового образца. Естественное развитие капиталистических банков было остановлено на 80 лет и восстановилось лишь к последнему десятилетию прошлого века

При всей условности периодизации - значительных «временных взаимных проникновений», размывающих четкую фиксацию этапов - в ходе банковского развития Санкт-Петербурга можно выделить три обособленных временных отрезка.

Первый период становления и развития банковской системы охватывал время первоначального накопления капитала и становления капиталистической системы хозяйствования. Банковская деятельность была полностью сосредоточена в столице.

Второй период характеризовался как быстрым проникновением столичных банков в регионы, так и становлением провинциальных банков.

Третий период ознаменовался конкуренцией столичных банков с провинциальными и иностранными банками. Столичные банки потеснили иногородние. Многие крупнейшие провинциальные банки открывали в столице отделения, а наиболее активные переносили в нее свои правления. В ходе третьего периода происходили революционные изменения в механизмах передачи информации, что послужило технической основой для перехода крупнейших банков к глобализации деятельности. К тому же были накоплены достаточно большие капиталы, которые требовали перехода к новому уровню обращения, закрепились связи с основными иностранными банками, были открыты зарубежные отделения, привычным стало не только привлечение капиталов с зарубежных рынков, но и кредитование других стран (например, совместное с синдикатом американских и французских банков Китая).

Становление банков ограничено временными рамками - отменой крепостного права и первым типично банковским кризисом неплатежей (1861-1902 гг.). Этот этап развития банков не случайно «совпал» со становлением капитализма в России.

Водоразделом между старыми банками, служившими интересам дворянства и царского двора, и новыми, соответствующим новым, капиталистическим требованиям, стали цели деятельности и кредитные интересы. Они видоизменялись в ходе преобразований в хозяйстве после отмены крепостного права и связаны были со становлением массовой кредитной культуры.

На данном этапе сложилась целая система кредитных учреждений. Наряду с центральными банками, основными звеньями этой системы стали следующие кредитные учреждения: коммерческие банки, ипотечные банки, мелиоративные банки, околобанковские кредитные учреждения и иностранные банки.

На 1 января 1861 г. в России насчитывалось 128 акционерных обществ, среди которых не было ни одного банка. В столице находилось меньше половины акционерных обществ. В 1893 г. количество акционерных обществ возросло до 648, и среди них было уже 47 банков (36 коммерческих банков и 11 земельных банков). В 1900 г. 1369 акционерных обществ имели почти 2,5 млрд руб. акционерного капитала, в том числе

97

49 банков с акционерным капиталом в 266 млн руб. (10,9%) . Столица прибрала к рукам процесс становления акционерных обществ. Все большее их число открывалось в Санкт-Петербурге.

Террор по отношению к банкирам. В последней трети XIX века на кредит и банки определенный отпечаток наложил начавшийся период Большого Террора. «Охота на царя» и высших чиновников Российской империи стартовала 4 апреля 1866 года: в этот день у ворот Летнего сада в Александра II стрелял Дмитрий Владимирович Каракозов, родом из дворян, студент Казанского, а потом Московского университетов. «И всюду его угнетала все та же беспросветная нужда. Это и сделало его всегда го-

98

товым на всякое злое дело в отместку за свои неудачи»[67]. Особенно прорабатывали террористы покушения на руководителей государственного банка, министра финансов и известных банкиров. По их замыслам, убийство государственной финансовой и банковской элиты, если и не поменяет финансово-кредитную политику правительства, то позволит показать свое негативное отношение к ней. Убийство же банкиров рассматривалось, с одной стороны, в плане мести за мучения неимущих, а с другой стороны, как элемент процесса конфискации капиталов, прежде всего для нужд самих террористов. В дальнейшем закрепилось признание террора в таком крылатом тезисе революции, как «экспроприация экспроприаторов».

В 1900-х годах владельцем участка по Большому проспекту от улицы Репина (старые названия: Песочный переулок, с 1871 г. Соловьевский переулок - по имени купца С.Ф. Соловьева, с 1952 г. улица Репина) до 2-й линии Васильевского острова стал крупный банкир М.А. Соловейчик, директор Сибирского банка, член Совета фондового отделения Петербургской биржи[68]. Известно, что дважды в 1907 и 1908 гг. здесь же у дома в него стреляли, но оба раза промахнулись. Тем не менее, банкир перестроил старые постройки и возвел доходный дом (архитектор Б.И. Гиршович).

О.О. Грузенберг вспоминает, что когда он был студентом в Москве, к нему приехала мать. Приехала нелегально (в то время практиковалась оседлость), и ему приходилось постоянно «греть» полицию мелкими взятками, чтобы отцепились. Стоит ли удивляться тому, что Осип Грузенберг жил и помер врагом существующего строя и одним из организаторов нападений на банки, где он брал необходимые для террора деньги?

С. Гершуни, будучи студентом, в Киеве жил с матерью. Во время полицейской облавы его старуху-мать выявили, так как она не имела права жительства в Киеве (на ночь, как и все евреи без особого разрешения, обязана была выезжать за пределы города), и ночь она провела в полицейском участке, а утром была отправлена назад, в местечко. Именно в то время Гершуни поклялся, что не успокоится, пока не рухнет проклятая власть, посмевшая оскорбить его мать. В дальнейшем его приговорили к смертной казни, но Александр II помиловал и на каторге Гершуни бежал сначала в Америку, а затем в Европу. Русское правительство просило его выдать, но европейская общественность вступилась, и он остался на свободе. Во многих выступлениях и статьях он призывал к банковским погромам и ратовал за экспроприацию собственности банкиров. Особенно его интересовали столичные банки, в которых он видел эпицентр денежного зла и одновременно источник пополнения фондов для террористов.

Какое отношение все это имеет к кредиту и столичным банкам. А вот какое. Дело в том, что, во-первых, средства на свою деятельность террористы сколачивали за счет грабежа банков, а иногда и посредством обложения данью банкиров и торговцев; во-вторых, к XX веку сформировался маргинальный слой «опричников» - питательная среда революционеров, а их продолжатели в дальнейшем экспроприировали банки и полностью зачеркнули все завоевания кредита.

<< | >>
Источник: Ключников И.К.. Кредитная культура: сущность, закономерности, формы : учебное пособие / И.К. Ключников, О.А. Молчанова. - СПб. : Изд-во СПбГУЭФ,2011. - 221 с.. 2011

Еще по теме Г осударственные и частные банки и банкиры:

  1. 1.2. Особенности эволюции коммерческих банков в начале XX в.
  2. 2.1. Источники различных форм капитала коммерческих банков
  3. 1. Особенности деятельности коммерческих банков до начала первой мировой войны
  4. 10.1. Инвестиционные банки первого типа 
  5. 11.1. Инвестиционные банки первого типа 
  6. 8. 1. Возникновение и развитие банков
  7. Банкирские дома (частные банкиры
  8. Г осударственные и частные банки и банкиры
  9. ГЛАВА XXIX. ВОЗНИКНОВЕНИЕ БАНКОВ И РОСТОВЩИЧЕСКИЙ КРЕДИТ.
  10. 1.1 Появление и основные этапы развития банков
  11. Инвестиционные банки первого типа
  12. Коммерческие банки
  13. 1.2 Виды банков