<<
>>

КАК ВЫРАЖЕНИЕ СТРУКТУРНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ФОРМЫ СОБСТВЕННОСТИ

Форма собственности реализуется во всей совокупности экономических отношений. Это порождает иллюзию,-что она в любом случае выступает лишь их результатом, но не активным условием.

В действительности же существует и обратная зависимость, Способ присвоения предопределяет генетически все экономические формы своего осуществления наперед,

Появление и внедрение в систему всякой экономической формы обеспечивается и обусловливается не только материальными процессами производства, но и господствующей формой собственности. Анализ наиболее общих физиологических особенностей социалистического производства покажет нам это.

Специфика социалистической общенародной собственности и определенность всеобщей функхщональной формы общественного производства

Господство в социалистическом народном хозяйстве планомерных непосредственно-общественных начал, централизованное управление им, оценка эффективности производства на основе критерия народнохозяйственной эффективности — все это справедливо связывается с утверждением общенародной собственности и не сопрягается с трудностями теоретического обоснования. В то же время в структуре социалистической экономики активно задействуются формы и „рычаги” товарно-денежного со-, держания, хозрасчетные отношения, что отнюдь не просто стыкуется с бышем общенародной собственности, а точнее, с ее теоретическими „моделями”, Именно поэтому хозяйственная практика в указанном пункте не имеет до настоящего времени однозначного научного подкрепления. Есть немалу авторов, которые отрицают структурное строение общенародной собственности (форму владения), экономическое обособление предприятий [см.: 141, с. 26], но признают коллективные интересы, обособление кругооборота производственных фондов, товарно-денежные отношения и хозрасчет. Можно ли совместить все эти „отрицания” и „признания”, не проникая во внутреїшюю структуру общенародного процесса присвоения? Если нет обособления присвоения коллективов предприятий, то откуда являются коллективные интересы, зачем нужны строго эквивалентный обмен продуктами трудовой деятельности, хозрасчетные методы ведения производства?

Необходимость товарно-денежных отношений на низшей фазе коммунистической формации, несмотря т различия в обосновании, по существу, общеприэнаиа.

Конституция СССР законодательно закрепила использование в экономике развитого социалистического общества хозрасчета, йрнбыли, себестоимости и других экономических рычагов и форм [см,: 50, с. 16],

В настоящее время причинами „сохранения” товарно-денежных отношений чаше всего называют социально-экономические различия в труде [см.: 158, с. 186], относительную экономичен кую самостоятельность (обособленность) социалистически ^ предприятий [см.: 111, с. 84; 167, с. 487]. Однако аргумент; ция этих позиций пока ешене безупречна.

Методологически важно учесть следующее: а) товарные отношения всегда подчинены господствующим отношениям собственности и потому их внедрение в экономическую систему зависит от конкретной формы собственности; б) если „производ- 106

ство товаров и обращение товаров представляют собой явления, свойственные самым разнообразным способам производства, хотя объем и значение их далеко не одинаковы” [9, с. 124], то и причины товарных отношений при социализме, как бы специфичны они ни были, не могут выходить за рамки тех условий, которые порождают товарное производство вообще. Последние же хорошо известны. Условием товарного производства является общественное разделение труда, непосредственной же причиной товарных отношений — экономическое обособление производителей в различных общественных формах (что прямо связано с процессом присвоения средств и продуктов производства), специализирующихся на Производстве отдельных продуктов. „Только продукты самостоятельных, друг от друга не зависимых частных работ противостоят один другому как товары”, - писал К. Маркс [9, с. 51]. Ф. Энгельс также понимал иод товарами „продукты, произведенные в обществе более или менее обособленных частных производителей” [23, с. 318]. Тем не менее из однозначных положений классиков марксизма-лешшиз- ма делается и такой вывод, который требует особого внимания. „Однако классики марксизма-ленинизма, — заключает Г. Г, Богомазов, — не определяли хозяйственную обособленность как причину товарного производства и сам факт ее существования связывали ф господством частной собственности, экономически разъединяющей товаропроизводителей...” [67, с, 14]Ліесколько ниже он добавляет, что и формы собственности не могут служить причиной товарно-денежных отношений [см.: 67, с.

18]. Выходит, что обособленность сама есть следствие, а не причина 4 товарно-денежных отношений.

Полностью согласиться с подобным заключением нельзя. Обособленными были и поныне выступают не только частные, но и коллективные собственники условий производства. Причем собственность, как замечал В. И. Ленин, есть выражение материальной (хозяйственной) обособленности [см.: 28, с. 152], А это значит: экономическая обособленность всегда оформлена и существует в рамках конкретной формы присвоения (собственности), неотрывна от нее. Экономическое обособление производственных ячеек общества, несмотря на то, что их технологическая организация диктуется состоянием производительных | рил, непосредственно обусловливается и выражается обособленным характером накопления и присвоения средств и продуктов | Производств а. Не сама по себе ограниченность материальных фблаг, на которую ссылается Г. Г. Богомазов [см.: 67, с. 18J, а [именно экономическое обособление хозяйствующих ячеек об- | шества на основе ограниченного и обособленного присвоения

[см.: 94, с. 112], соответствующая этому явлению организаций

производственно-экономического процесса, — ВОТ что лежит К основе товарно-денежной „подсистемы” общественного производства. Нсдь внутри производственных ячеек принцип эквивалентности и возмездности, которому автор отводит решаю-, шую роль, реализуется как раз не в товарно-денежной форме.

Точно так же не может быть непосредственной причиной товарных отношений экономическая неоднородность труда и необходимость его материального стимулирования. Несостоятельность такой точки зрения убедительно доказана К, В. Островитяновым [см.: 126, с. 38].

Классики марксизма-ленинизма знали, что социализм не дает ни изобилия продуктов и равенства в распределении, ни экономической однородности труда и тем не менее считали возможным преодоление товарно-денежных отношений. Более того, в „Критике Готской программы” К. Маркс прямо указывал, что принцип эквивалентности в распределении продуктов по-преж-.

нему будет господствующим, но изменятся содержание и форма его осуществления [см.: 8, с. 18—19], Предусматривалось, таким образом, эквивалентное распределение продуктов (что, впрочем, означало бы также своеобразный обмен продуктами труда), однако не идентичное товарному обмену. Различие в том, что оно направлялось бы не самими производителями как владельцами продуктов (не вступающими, следовательно, в отношения прямого товарного обмена), а непосредственно обществом. Отсюда вытекало: господствующий принцип эквивалентности сохраняется, а содержание и форма его коренным образом изменяются.

Не всякий эквивалентный обмен является товарным но фор^ ме. Таковым выступает обмен продуктами только субъектов- собственников или же владельцев их, следовательно, обмен путем отчуждения „своего” и присвоения „чужого” продукта (стоимости). Вот этого-то преодоления обособления производящих ячеек общества в присвоении средств и продуктов производства, как показала практика социализма, не произошло. При достигнутом уровне обобществления производства и его условий прямое эквивалентное распределение продуктов (взамен товарного обмена) оказалось невозможным и не только по причинам организационного порядка. Относительное экономическое обособление характеризуется необходимостью участия в эквивалентном распределении и обмене продуктов ,труда не только общества, его экономических центров, но и самих непосредственных производителей конкретных потребительных стоимостей.

Именно в такой хозяйственной ситуации, во-первых, принцип эквивалентности может реализоваться наиболее полным образом (если учесть, что условия хозяйствования весьма разнообразны и динамичны); во-вторых, устанавливается более тесная связь между производителями и потребителями (что опять-таки выступает важным фактором „взвешивания” общественной значимости, величин стоимости и качества потребительных стоимостей); в-третьих, обеспечивается хозяйственная инициатива и ответственность производителей, что ослаблялось бы при обезличке продукции, поступающей в „общий котел”; в-четвертых, эквивалентно вознаграждается коллективный труд, а не индивидуальный, что имеет решающее значение для качественного продуцирования конечного продукта; в-пятых, решается в известной мере проблема редуцирования конкретного труда. Короче говоря, производственная деятельность трудовых коллективов наиболее эффективна (значит, необходима), если сама она и ее результат относительно обособляются внутри общенародного воспроизводственного процесса, следовательно, й процесса присвоения.

Природа и содержание товарно-денежных форм всегда определяются процессами присвоения в рамках господствующей формы собственности. Товарные отношения появляются исключительно вследствие контакт ров аиин между собой экономически обособленных производителей, неизбежного при наличии общественного разделения труда. Историческая практика свиде- TejibCTByer: чем больше сфера и степень обособления хозяйствующих субъектов в условиях общественного разделения труда, тем глубже и расчгространеннее в их взаимоотношениях косвенная, товарно-денежная связь и, наоборот, сужение сферы и ослабление степени обособления хозяйствующих ячеек общества делают более масштабной прямую, непосредственно-общественную связь в экономических отношениях. При известных условия* эта связь приобретает господствующее значение, но не превращается в единственную форму связи до тех пор, пока вообще суШествует какое-либо, пусть даже относительное, экономическое обособление производящих ячяск общества. Таковыми при социализме выступают, конечно, не отдельные труженики, хотя все они претендуют на эквивалентное вознаграждение их трудового вклада, а коллективы предприятий, реализующих готовую продукцию. Причиной этому является только одно обстоятельство: отдельный работник не владеет тем продуктом, который он создает. Поэтому и товарные отношения исходят не от него, не от особенностей присвоения на уровне отдельного работника. Внутри же трудового коллектива товарные связи отсутствуют по той причине, что все его члены являются совладельцами данного продукта и экономически объединены в одно целое.

Сказанное убеждает: искать причины товарных отношений при социализме за пределами социалистического способа присвоения, относительного экономического обособления не плодотворна. Если существуют товарные отношения, то это само собою выражает реальность социалистического владения коллективов предприятия, и наоборот. Из данного подхода далее вытекает; характер товарно-денежных отношений исторически не „космополитичен”, а сушностно связан с законами формы собственности. При социализме они не инородное тело, а обязательная форма реализации общенародного способа присвоения, результат внутренней противоречивости самой структуры социалистической общенародной собственности.

„Вход” в экономическую систему жестко контролируется основным отношением. Какова структура основного отношения (а она есть единство противоположностей), такова и сама система, все ее элементы. Поэтому Ф. П. Косицы на вполне права, утверждая, что хозяйственное обособление не определяет глобальную сущность собственности, но все же характеризует один из уровней ее структуры и, стало быть, тоже выступает сущностной характеристикой социализма [см.: 94, с, П7|.

Товарные отношения имеют свои корни не за пределами сущности системы, а внутри ее самой. Другое дело, что они детерминированы не главным звеном этой сущности, а второстепенным, подчиненным ее структурным элементом. Отсюда разумно и заключение Н. Д. Колесова; планомерность и товарность — это не два разных (противоположных) генетических начала социализма, напротив, у них единое основание — общественная социалистическая собственность [см.: 62, с, 105]. Существенным, органическим элементом экономического строя социализма называет товарно-денежные отношения В/А, Медведев [см,: 111, с. 184, 195].

Иногда в литературе проводится мнение, что владение само есть следствие экономического обособления предприятий, По- видимому, они соотносятся не как причина и следствие, а как форма и содержание, Владение, будучи особой формой присвоения, только и может реализоваться в относительно самостоятельном хозяйственном процессе, а не само по себе. Что же касается причин экономического обособления (владения), то они в свете принятой методологии объяснения генезиса форм собственности могут обнаруживаться в необходимости не только общенародного, но и коллективного накопления и использования производственных и непроизводственных фондов.

Если бы функцию накопления в широком смысле всецело осуществляло только общество, то коллективное присвоение не имело бы своей основы в материальном производстве, Закрепление средств производства за предприятиями потеряло бы смысл, поскольку они все равно не отвечали бы за их возмещение и накопление. Коллективное пользование технически разнородными средствами производства4 в условиях ограниченности материальных благ неизбежно предполагает и соответствующее накопление, а значит, воспроизведение владения. Пользование же за счет общественного накопления определенно ведет к выжидательному иждивенчеству.

Рассматривая данный вопрос в историческом плане, можно обнаружить: в годы „военного коммунизма” предприятия находились на прямом государственном снабжении, и их продукция тогда не принимала товарную форму, а подавляющая часть продукции сосредоточивалась в руках Советского государства без всякой ее оплаты и распределялась в натуральной форме [см.: 87, т. 2, с. 247]. С началом же перевода предприятий на хозрасчет со второй половины 1921 г. их стали снимать с государственного снабжения. Вот тогда-то и появилось экономическое обособление предприятия, а вместе с ним возобновилось товарное обращение. Перевод предприятий на хозрасчет означал: „а) снятие фабрик, заводов с государственного снабжения и их имущественное обособление; б) ориентацию предприятий на рынок; в) требование ко всем предприятиям — как минимум обеспечение самоокупаемости”, — подчеркивают А.Сибирев и А, Зельдович [86, с. 212-213]. Именно переложение функций возмещения и накопления средств производства с государства на производственные коллективы неотвратимо вызвало их относительное экономическое обособление (появление владения), имманентной чертой и спутницей которого всегда оказывается товарное обращение. Исторически и логически корни владения, а с ним и товарных отношений уходят в объективную необходимость относительно самостоятельного накопления средств производства на социалистических предприятиях и коллективного их использования.

Неоднозначное объяснение учеными причин товарно-денежных отношений при социализме вызывает, разумеется, и разнобой в трактовке их содержания. В целом получает развитие пло- потворная концепция о том, что товарные отношения, будучи порожденными социалистическими условиями, общественной собственностью на средства производства, имеют социалистическое содержание, не являясь инородной, враждебной социализму формой [см.; 128, с. 89]. Старые товарно-денежные отношения не мереходят в новое общество, возникают новые, качественно иные, социалистические товарно-денежные отношения, похожие на старые, но не равнозначные им [см.: 15 J, с. 19].

Диалектический подход к проблеме требует видеть преобразованный и потому особый характер этих отношений в социалистическом обществе. Ассимилирование товарных отношений планомерностью, диктуемое структурой общенародной собственности, дает нечто новое и по содержанию и но форме. Вырастающие синтетические формы имеют свой интегральные свойства. Думается, так должно восприниматься известное положение В. И. Ленина: „...продукт социалистической фабрики, обмениваемый на крестьянское продовольствие, не есть товар в политико-экономическом смысле, во всяком случае не только товар, уже не товар, перестает быть товаром...” [45, с.-.276]. В нем на редкость диалектично обозначен процесс движения продукта труда от товара к нетовару, его „сохранения” и в то же время трансформации в нечто новое.

Товарные формы „погружаются” в экономическую систему социализма не в своем „классическом виде”, а в переработанном, освоенном коренной сущностью социализма. „Синтез” происходит путем подчинения, „поглощения” их планомерностью, общенародным коллективизмом. В результате интегрального процесса не только товарность, но и планомерность социалистического производства оказываются объективно „подправленными”. С позиций диалектической логики имеются серьезные основания говорить о функционировании чисто непосредственно-общественных и, кроме того, „планомерно-товарных” отношений социалистического производства (вместо товарных).

В.              Н, Черковец, отрицая слияние непосредственно-общественных и товарных отношений, все же рассматривает их различиями внутри единства [см.: 158, с. 179]. Слияния названных отношений действительно не происходит. Речь идет о подчинении первыми вторых, в силу чего товарные отношения превращаются в „планомерно-товарные”, т. е. специфически социалистические наряду с непосредственно-общественными. Известно, например, что цена выражает общественно необходимые затраты труда (нормативы затрат), не тождественные классической стоимости, тем самым она выступает особой синтетической формой.

Особенное строение социалистической общенародной собственности, включающей форму коллективного владения, детерминирует на поверхности экономических отношений хозяйственный механизм, сочетающий непосредственно-общественную и „лланомерно-товарную” формы экономической связи. Они соот- н сятся как две стороны едш лва, но не как форма и содержа- ниє. Точка зрения о товарно-денежных отношениях как форме непосредственно-общественных вызывает сомнения [см.: 128, с. 88, 89].

А. И. Пашков правомерно говорит о переплетении, взаимо- действии не непосредственно-общественных И ТОВарИО-ДенеЖ' ных отношений, а чисто непосредственно-общественных отношений с планомерными в товарной форме, т. е. он вычленяет здесь две группы отношений. Но тогда, во-первых, получается, что товарные отношения охватывают собой, „оформляют” лишь часть непосредственно-общественных отношений (что противоречит диалектике формы и содержания), а во-вторых, сами по себе в своей сущности они нрогивопрложны планомерности и могут (вследствие взаимопроникновения сторон единства противоположностей) быть лишь самостоятельным, хотя и ассимилированным компонентом, но не формой бытия противоположной стороны. Правда, политической экономии известен „прецедент”, когда потребительная стоимость товара оказывается формой проявления своей противоположности - стоимости. Но ведь только формой проявления, а не бытия! Таким образом, всеобщая функциональная форма социалистической общенародной собственности — непосредственно-общественная связь — является господствующей, но не в полной мере зрелой. При данном уровне обобществления производства и средств производства планомерность в своем осуществлении объективно „захватывает”, ассимилирует и товарные формы (не исчерпавшие своих исторических функций), порождая таким путем особую группу „планомерно-товарных отношений”.

Внутренние противоречия общенародной собственности и ее всеобщей функциональной формы выступают движущими факторами (пружинами) прогрессирующего реконструирования хозяйственного механизма социалистического общества. Динамичный процесс обобществления производства, изменения в субъектах производства и присвоения, формах присвоения требуют кропотливой и постоянной работы по адекватной им перестройке собственно планомерных и особенных „планомерно-товарных звеньев”. Последние фактически воплощаются в хозрасчетном способе организации общественного производства.

Отсюда организация товарно-денежных отношений, полагаем, должна строиться так, чтобы утверждались реальные условия самоокупаемого ведения производства отдельными предприятиями. Это прежде всего предполагает хозрасчетное финансирование и возмещение затрат на производство, о чем уже говорилось, а также прямое экономическое контактирование производителей как с экономическим центром, так и с потребителем продукции.

Обратную (корректирующую) связь воздействия потребителя на производителя предстоит еще радикально совершенствовать в действующем хозяйственном механизме. Взаимоотношения этих двух субъектов непосредственно друг с другом, пусть и по предварительному указанию (плану) центра, необходимому для преодоления стихийности и отклонений в течение единого экономического процесса, придают, казалось бы, „чисто волевым” решениям вышестоящих органов действительно экономический характер. В противном же случае хозяйственные связи зиждят- ся не на экономических отношениях партнеров, а на волевых актах управляющих подразделений. Работа не общественный склад и „обезличка” продукции при ее дальнейшем распределении от - имени общества, а не непосредственного производителя только ослабляет хозяйственный.расчет предприятия..

Общество в лице его экономических центров, по-видимому, не может и не должно вытеснять производящие ячейки из прямого экономического контактирования друг с другом, ибо тем самым оно станет на путь игнорирования структурных особен* ностей социалистического общественного присвоения средств и продуктов производства. Его роль сводится лишь к рациональ* ному урегулированию таких контактов на основе общенародных нормативов в интересах и отдельных коллективов и всего общества.

Эквивалентый товарный обмен в этом случае становится не саморегулятором производства, подчиняющим себе все его про* цессы, а мошным средством в руках общества для разумного направления всеобщего экономического процесса в интересах всех. Но в рамках отрегулированных обществом контактов между субъектами, внутри которых движущийся продукт при обретает товарную форму, должны всецело срабатывать ее эко комические потенции.

Потребитель должен иметь гарантированную возможность полного отказа от недоброкачественной продукции конкретном* поставщика и востребования выполнения договорных обяза тельств со стороны соответствующего отраслевого министерства вплоть до возмещения нанесенного ущерба. Поставщику (из готовителю) же необходимо нормативно предусматривать кор ректировку фонда заработной платы (премий) по итогам выпол нения договорных обязательств перед потребителем. Тогда будут срабатывать и экономические, а не только волевые (адми нистративные) рычаги, что наблюдается еще в действительност Следует подчеркнуть, что партией и правительством принимаю ся решительные меры по совершенствованию данного звена эк номической цепи взаимо гношений „поставщик — потребитель

Значительное внимание этому вопросу было уделено в постановлении ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 12 июля 1979 года „Об улучшении планирования и усилении воздействия хозяйственного механизма на повышение эффективности производства и качества работы”. Его предписания реализованы в „Положении о поставках продукции производственно-технического назначения” (август 1981 г.) и специальном постановлении ЦК КПСС и Совета Министров СССР по вопросу соблюдения договорных обязательств по поставкам продукции и повышения ответственности министерств, ведомств и предприятий (апрель 1983 г.). Согласно этим документам, невыполнение поставок продукции по договорам квалифицируется как серьезное нарушение плановой и государственной дисциплины, влечет за собой административную и имущественную ответственность. Апроба дня данных решений и принятых организационно-экономических мер в условиях широкомасштабного эксперимента убедительно подтвердила их правильность и перспективность. Заметно возросла дисциплина поставок, а вместе с этим — качество продукции и многие другие показатели хозяйственной деятельности предприятий.

Центральной задачей отлаживания хозрасчетного механизма экономики является обеспечение единства личных, коллективных и общенародных интересов (как следствия субъектной дифференциации в общенародном процессе присвоения материальных благ). И только в таком русле применение товарно-денежных форм в социалистической экономике не разрушает основ социализма, а напротив, является необходимым средством их укрепления и развития.

Нельзя видеть в товарных отношениях только негативное содержание, хотя проявления его, конечно, имеют место на практике. Подчиненность их коренной сущности социализма сама собою означает способность товарных отношений служить именно данной сущности. Степень же погашения отрицательных свойств и, наоборот, выражения позитивных всецело зависят от того, насколько глубоки наши представления о структуре основополагающего отношения социализма, насколько точно они воплощены в хозяйственном механизме, насколько глубоко товарные отношения охвачены планомерностью и подчинены реализации основного отношения, основного экономического закона социализма. Для практики социализма одинаково вредны как игнорирование товарно-денежных отношений, так и выпячивание их, выход из-под контроля планомерного начала. К тому же нельзя не замечать, что некоторые отрицательные последствия использования товарно-денежных отношений могут и долж-

нм нейтрализоваться не только сугубо экономическими метода* ми, способом построения хозяйственного механизма, но и актив* ным правовым и административным их урегулированием.

Нормы административного и хозяйственного права составляв ют важный элемент хозяйственного механизма социализма. Поэтому правильное их использование усиливает адекватность хо: эяйственного механизма экономической системе социализма, повышает эффективность его функционирования. Это тем более необходимо, если учесть, что любая система оценочных и стимулирующих показателей, сколь оптимальной’ она ни была бы в аспекте совмещения общенародных и личных интересов, полностью сгладить, слить воедино различия последних не может (пока существуют их объективные основы). Совершенно правильно С. Старостин и Г. Эм дин отмечают: „Упование лишь на идеальные планы, безукоризненно отлаженный хозяйственный механизм попросту наивно. Оно демобилизует, вселяет иллюзию легкой жизни... не менее беспочвенно упование на „саморегу- лируемую” экономику, на автоматизм действия объективных законов социализма” (147, с. 2],

При социализме неизбежны проявления „эгоизма интересов” отдельных субъектов вплоть до нарушения правовых норм хозяйствования. Следовательно, разработка последних и жесткий контроль за их соблюдением есть обязательное звено всякой модели хозяйственного механизма социалистического общества. Всенародный учет и контроль за производством и распределением продуктов, о котором неустанно говорил В. И, Ленин (см,: 39, с. 184—185], — имманентное свойство общенародной собственности, необходимый способ ее существования. Принимаемые партией и советским правительством на основе решений ноябрьского (1982 г.), июньского (1983 г.) Пленумов ЦК КПСС, а также последующих постановлений ЦК КПСС и Совета Министров СССР меры по укреплению плановой, государственной и трудовой дисциплины на всех уровнях от рабочего до министра являются важным средством обеспечения эффективного функционирования хозяйственного механизма развитого социализма.

<< | >>
Источник: А. Н. БОЙКО. СОБСТВЕННОСТЬ НА СРЕДСТВА производства: ГЕНЕЗИС, СТРУКТУРА, РАЗВИТИЕ. Киев -Донецк Головное издательство издательского объединения „Вища школа", 1985. 1985

Еще по теме КАК ВЫРАЖЕНИЕ СТРУКТУРНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ФОРМЫ СОБСТВЕННОСТИ:

  1. З.1. Операционный аудит как важнейшая форма внутреннего контроля
  2. 2.1. Государственный сектор как форма государственного регулирования экономики России.
  3. 8.1. Реформирование национальной экономики и выбор формы государственного воздействия на экономическую деятельность 
  4. Особенности организации статистики финансов и ее важнейшие задачи
  5. § 3. Банковская реформа в Казахстане с 1991 г. Необходимость проведения реформы банковской системы
  6. Генетическая предпосылка и функциональная форма основного отношения экономической системы
  7. Основное отношение общенародной собственности (способа производства)
  8. КАК ВЫРАЖЕНИЕ СТРУКТУРНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ФОРМЫ СОБСТВЕННОСТИ
  9. СТРУКТУРА ПРОИЗВОДСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ СОЦИАЛИЗМА КАК ВОПЛОЩЕНИЕ СИСТЕМООБРАЗУЮЩЕЙ ФУНКЦИИ ОБЩЕНАРОДНОЙ СОБСТВЕННОСТИ НА СРЕДСТВА ПРОИЗВОДСТВА
  10. ПРОЦЕСС РАЗВИТИЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ ОБЩЕНАРОДНОЙ СОБСТВЕННОСТИ НА СРЕДСТВА Й ПРОДУКТЫ ПРОИЗВОДСТВА
  11. Основные              принципы организации и механизм функционирования жилищного рынка в России
  12. 3.2. Факторы возникновения и особенности схемной организации финансов
  13. 17.1. Планирование и целепостановка в организациях сферы услуг
  14. 1.1. Точки зрения на собственность как ступени познания ее сущности
  15. 3.2. Типология экономических организаций
  16. 3.3. Экономические организации: совокупность отношений и прав собственности
- Антимонопольное право - Бюджетна система України - Бюджетная система РФ - ВЭД РФ - Господарче право України - Государственное регулирование экономики России - Державне регулювання економіки в Україні - ЗЕД України - Инвестиции - Инновации - Инфляция - Информатика для экономистов - История экономики - История экономических учений - Коммерческая деятельность предприятия - Контроль и ревизия в России - Контроль і ревізія в Україні - Логистика - Макроэкономика - Математические методы в экономике - Международная экономика - Микроэкономика - Мировая экономика - Муніципальне та державне управління в Україні - Налоги и налогообложение - Организация производства - Основы экономики - Отраслевая экономика - Политическая экономия - Региональная экономика России - Стандартизация и управление качеством продукции - Страховая деятельность - Теория управления экономическими системами - Товароведение - Управление инновациями - Философия экономики - Ценообразование - Эконометрика - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика отрасли - Экономика предприятий - Экономика природопользования - Экономика регионов - Экономика труда - Экономическая география - Экономическая история - Экономическая статистика - Экономическая теория - Экономический анализ -