<<
>>

ЗНАНИЕ И ИДЕОЛОГИЯ

Идеология рассматривается в настоящее время в трех аспектах: а) соотношение ее с формами обществен­ного сознания; б) соотношение ее с общественной психо­логией; в) соотношение знания и идеологии.

Первый аспект мы здесь оставим в стороне, так как не рассматриваем формы общественного сознания. Вто­рой аспект этой проблемы будет рассмотрен в 5-й главе в связи с вопросом о социальной психологии. Здесь же мы остановимся на соотношении знания и идеологии.

Нередко эта проблема формулируется как соотноше­ние науки и идеологии. Такая^формулировка проблемы особенно характерна для современной буржуазной со­циологии, пытающейся доказать, что идеология не имеет научного значения. Противопоставление науки и идео­логии, имеющее целью объявить марксистскую идеоло­гию псевдонаучной, провозгласить заодно крах всякой идеологии, эру «деидеологизации», является одной из важнейших черт современного антикоммунизма. Тезис о «ненаучности» идеологии преподносится в настоящее время в качестве некой «аксиомы» не только" позитивист­скими, но и выступающими против позитивизма, выра­жающими «разочарование» в науке течениями буржуаз­ной философии и социологии. Но извращение проблемы соотношения знания и идеологии не означает отрица­ния рационального значения самой этой проблемы. Естественно, что она поставлена и в марксистской ли­тературе.

Сопоставляя здесь понятия знания и идеологии (а не науки и идеологии), мы придаем проблеме более общий характер, освобождаясь одновременно от разбора слож­ного вопроса о том, что в накопленном знании имеет научный характер, а что его не имеет. Эта последняя проблема не надумана, имеет вполне реальное значение. Так, ввиду особенностей философского знания последнее часто выделяется в особую форму общественного созна­ния. Вполне обоснованно считая наукой марксистско-ле­нинскую философию, мы не всегда справедливы в оценке домарксистской философии.

Она также была либо на­укой, либо содержала определенный элемент научности. Являясь всегда идеологией того или иного общественно­го класса, философское знание или имело научное зна­чение, или не имело его в зависимости от того, являлась ли она идеологией прогрессивного или реакционного класса и в какой степени она синтезировала достижения наук того или иного исторического периода. Этот при­мер показывает, что следует различать не только поня­тия науки и идеологии, но и понятия науки и знания.

Соотношение понятий знания и идеологии касается не только философского знания, но имеет и общее значе­ние для всех явлений общественного сознания.

В нашей философской литературе в течение многих лет не проводилось различий между понятиями общест­венного сознания, идеологии и науки. Точнее говоря, эти различия фактически имелись ввиду, но не подвергались теоретическому анализу. Считалось само собой разумею­щимся, что общественное сознание и его формы имеют классовый характер, их назначение — обоснование инте­ресов различных классов, быть их идеологией.

При более детальном и специальном изучении этого вопроса выяснилось прежде всего, что естественные и математические науки по своему основному содержанию не являются идеологией. Употребляя понятия «буржуаз­ная идеология», «пролетарская идеология», мы не можем говорить о пролетарской физике или о буржуазной ма­тематике. ’

Выяснилось далее, что и в общественных науках не все имеет классовый характер, ибо многие истины исто­рической науки, языковедения и других общественных .наук признаются всеми классами. Было показано, что даже в философии, являющейся в наибольшей степени партийной, классовой, имеются положения, признавае­мые марксизмом, но выдвинутые домарксистским мате­риализмом, т. е. представителями ранней, идущей к вла­сти буржуазии. Таково, например, фундаментальное положение всего материализма о первичности материи и вторичности сознания, о котором В. И. Ленин писал, что в этом вопросе К- Маркс стоял на точке зрения Дидро.

В процессе изучения этих вопросов было показано, что классики марксизма-ленинизма, настаивая на клас* совом подходе к науке и к идеологии, в то же время видели в науке элементы, имеющие общечеловеческое и общеисторическое содержание, а также элементы, общие у пролетарской идеологии с идеологией других классов, поскольку эти последние играли прогрессивную роль в истории. Эти уточнения марксистской теории обществен­ного сознания отнюдь не «ослабляют» принципа классо­вости и партийности общественного сознания и науки, но, конкретизируя этот принцип, теоретически обосновы­вают отношение марксизма к современной немарксист­ской и домарксистской философии, развивают марксист­ско-ленинское учение об общественном сознании.

В настоящее время проблема отношения идеологии к знанию рассматривается, во-первых, в плане выясне-*

нгш ее классового характера в отлитае от «неклассовых» моментов в научном знании; во-вторых, в более широком плане как одно из проявлений соотношения теоретиче­ской и практической функций знания и, в-третьих, с цен- нфстной (аксиологической) точки зрения.

Эти аспекты исследования не противоречат, а допол­няют друг друга.

«Идеология, — пишет В. А. Ядов, — входит в область общественного сознания и является его классовой сто­роной» К «Как. целое — совокупность идеологических форм т- идеология есть система идей и взглядов опреде­ленного класса или социальной группы»[73].

Классовый характер, идеологии в классовом обществе есть несомненный факт. Что же касается «идеологии со­циальной группы», то здесь надо, по нашему мнению, сделать оговорки и ограничения. Нельзя согласиться, что идеология есть система'взглядов любой социальной груп­пы. Нет особой идеологии, скажем, у интеллигенции или у молодежи в отличие от классовой идеологии (буржу­азной и пролетарской).

Однако понятие «идеология социальной группы» для некоторых случаев, по нашему мнению, оправдано. Дело в том, что не все идеологии являются непосредственно классовыми.

Таковы, например, сословная или религиоз­ная идеология. В конечном счете они выражают интере­сы классов. Однако непосредственная связь с интереса­ми определенного класса здесь не усматривается.

Определение идеологии В. А. Ядовым исходит лишь из наиболее явного ее признака, присущего последней, при этом лишь в классовом обществе. Исходя из такого определения, пришлось бы отрицать идеологию в ком­мунистическом обществе; с этой точки зрения нельзя объяснить наличие общеисторических и общечеловече­ских моментов в самой идеологии.

Поэтому нам кажется целесообразным рассмотреть идеологию с более общей теоретической позиции, с точ­ки зрения различных, хотя и взаимосвязанных функций' знания. Предлагаемое здесь определение исходит из дру­гого основания, а именно из различения знания и его практического социально-политического применения.'Под

идеологией мы будем разуметь ту сторону общественно­го сознания, которая непосредственно связана с решени­ем встающих перед обществом или классом социальных задач и теоретически обосновывает изменение общест­венных отношений или защищает существующие отно­шения К

Такое определение не только имеет более общую фор­му, но основано на различении познавательных и практи­ческих функций общественного сознания: идеология есть та часть общественного сознания, которая имеет непо­средственную социальную направленность, которая яв­ляется непосредственным руководством к социальному действию. Идеология — это не вся совокупность знаний о действительности, но та ее часть, которая «берется на вооружение» общественным классом, или иной социаль­ной общностью, или всем обществом для изменения или сохранения форм общественной жизни. Идеологический момент имеется и в естествознании, поскольку его выво­ды служат для обоснования мировоззрения.

Люди стремятся познать все, что их окружает в при­роде и в обществе. Но далеко не все из этой совокупно­сти знаний имеет прямое отношение к их групповым (классовым или иным) интересам, а также к интересам и целям всего того общества, в котором они живут. Лишь эта последняя часть знания является идеологией. Поэто­му в понятие идеологии не входят знания о природе и о человеке как организме (кроме тех, которые имеют ми­ровоззренческое значение). В нее не включаются техни­ческие знания, а также знания, связанные с личными,, индивидуальными интересами.

В этом, по нашему мнению, главное отличие между знанием и идеологией. Признак систематичности, припи­сываемый идеологии рядом авторов, не является специ­фическим, ибо он присущ теоретическому знанию вооб­ще, в том числе и идеологии. К этому следует добавить, что идеология, будучи формой теоретического мышления, не всегда является научной.

Знание является общим достоянием всех классов и преемственно для всех обществ. Конечно, это положение не носит абсолютного характера. Классовый момент

Близкое по смыслу определение см.: В. Ж. Келле и М. Я. Ковальзон. Фор,мы общественного сознания. М., 1959, стр. 11—12.

имеется, как сказано, и в естествознаниит Но никто не выступит в защиту тезиса, что нам нужно создавать свое собственное марксистское естествознание и математику. Касательно же общественных наук, где классовый мо­мент наиболее значителен, также едва ли кто будет утверждать, что в этих науках абсолютно все является классовым и нет ничего общезначимого. Археология, этнография, филология и другие общественные науки в странах капитализма и в странах социализма пользуют­ся одним и тем же фактическим материалом, добытым учеными. Обобщения, даваемые на базе этих фактов, также используются марксизмом, если они не искажены буржуазной идеологией.

Идеология же различна у противоположных классов в классовом обществе и у разных конкретно-истбриче- ских обществ. Как, исходя из сказанного, определить причины противоположности и борьбы различных идео­логий? Если исходить из понимания идеологии лишь как классового сознания, то причинами этого являются эко­номические и социально-политические интересы противо­положных классов. Если же исходить из данного здесь «расширенного» понимания идеологии, то и ответ будет более общий: интересы общества или той или иной соци­альной группы. Первый ответ будет частным случаем второго. Итак, для понимания различий в идеологии следует выделить роль потребностей и интересов. Являясь объективными факторами, побуждающими людей к прак­тическому действию, они,-прежде чем перейти в практи­ку, преломляются в сознании человека, которое, как мы уже видели, производит отбор из знания того, что нужно, полезно, ценно для Практики.

Идеология есть не просто составная часть знания, но звено перехода от знания к практике. Прямо из потреб­ности в знании идеологию вывести нельзя. Наука изуча­ет все: и полезное и вредное. В практике же использует­ся не все.

Выясняя в процессе познания свойства предметов и явлений природы и общества, люди не останавливаются на этом, а подходят к изучаемым явлениям и их свойст­вам с позиций их оценки, их пользы или вреда для лю­дей: для общества, класса или личности. Те явления или свойства явлений, которые найдены полезными, нужны­ми, приятными и т. д. с точки зрения потребностей, инте­ресов и целей людей, называются ценностями. Таким образом, на базе различных (и противоположных) пот­ребностей и интересов, преломленных в головах людей, создаются различные системы ценностей. Идеология и есть такая система ценностей, т. е. такая совокупность идей, которая является теоретической основой практиче­ской реализации потребностей, интересов и целей той или иной из указанных общностей.

В понятии идеологии разумеется совокупность идей о том, что люди ценят и что пытаются осуществить в практической деятельности, а также идей о том, что люди считают вредным, что они хотят уничтожить, чему они противодействуют. Итак, под идеологией в указан­ном ценностном аспекте следует разуметь систему идей, выделяемых из знания в качестве теоретического обосно­вания социально-политических, этических и эстетических ценностей исторически определенного общества, класса и иных людских общностей К

Такой аксиологический (ценностный) подход к поня­тию идеологии, исходящий из того, что между познанием и практикой имеется посредствующее звено — оценка[74], позволяет подвести под понятие идеологии более кон­кретные гносеологические основания, выявить «меха­низм» выделения идеологии из знания.

^ Система идей есть теория. Но если идеология есть теория, то она не мо^кет противопоставляться теории, в том числе теории, имеющей научное значение, как это делают буржуазные теоретики позитивистского толка, отрицающие научное значение идеологии вообще и марксистской идеологии в особенности. Подчеркивая теоретическое значение идеологии, мы отвергаем прене­брежение к общественным наукам, отрицание их научно­го значения на том «основании», что в них «слишком много» идеологии:

Из социологии сознания нельзя исключать сознание личности. Эта проблема имеет свое собственное содержа­ние, отличающееся, как было сказано, от проблемы инди­видуального сознания.

Под личностью разумеется, как сказано, совокуп­ность социально-значимых черт, возникающих и разви­вающихся лишь в обществе.

6

<< | >>
Источник: В. П. ТУГАРИНОВ. Философия СОЗНАНИЯ (СОВРЕМЕННЫЕ ВОПРОСЫ)0000. 0000

Еще по теме ЗНАНИЕ И ИДЕОЛОГИЯ:

  1. 1.4. Идеология разработки механизма управления системой безопасности общества
  2. 4.1. Факторы лояльности клиентов. Знание бизнеса клиентов
  3. Формирование государственных экономических функций производства и управления знаниями.
  4. Экономические воззрения социалистов-утопистов А. де Сен-Симона и Р. Оуэна
  5. ФАШИЗМ И ЛИБЕРАЛИЗМ
  6. Объективная обусловленность коллективизации (Критика версий буржуазных идеологов)
  7. 4-5- Идеология регуляторов в области процедур бухгалтерского учета
  8. Приложение 9. Культура экономических систем
  9. Тема 2: накопление знаний о рациональном ведении хозяйства в древности
  10. АКТИВНОСТЬ СОЗНАНИЯ
  11. о СТРУКТУРЕ ОБЩЕСТВЕННОГО СОЗНАНИЯ
  12. СОЗНАНИЕ И ОБЩЕСТВЕННОЕ СОЗНАНИЕ
  13. ИНДИВИДУАЛЬНОЕ, И КОЛЛЕКТИВНОЕ СоЗНАНИЕ
  14. ОБЫДЕННОЕ И НАУЧНОЕ СОЗНАНИЕ
  15. ЗНАНИЕ И ИДЕОЛОГИЯ
  16. СОЗНАНИЕ, САМОСОЗНАНИЕ И ЛИЧНОСТЬ
  17. СОДЕРЖАНИЕ
  18. Особенности методологических оснований исследования экономических систем: западный и российский опыт
  19. Экономическая культура и экономическое сознание