<<
>>

ГЛАВА 8. ПОТРЕБНОСТИ И ИНТЕРЕСЫ ЧЕЛОВЕКА КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИКИ ОБЩЕСТВЕННОГО СЕКТОРА

Развитие экономики общественного сектора есть бесконечно осуществляемое воспроизводство, в котором человек выступает его исходным и конечным пунктом. Исходным, ибо любая экономическая деятельность начинается с целесообразного использования человеком средств и предметов труда для достижения результата, обеспечивающего удовлетворение потребностей.

Конечным, ибо удовлетворение потребностей обнаруживает необходимость продолжения, повторения производственного процесса, формирует заинтересованность человека в его улучшении, а также развитии своих способностей. В том, что человек находится в центре экономической деятельности и экономической теории, нет ничего удивительного: экономическая теория — общественная наука, т.е. наука об одной из сфер жизнедеятельности человека (общества). Однако важно подчеркнуть, что это наука именно об одной из ее сфер, т.е., во-первых, реальный человек должен здесь рассматриваться лишь в одной своей ипостаси (экономический человек). Во-вторых, закономерности воспроизводства экономического человека, как и он сам, должны быть раскрыты через механизм взаимосвязи экономических процессов (категорий). Это предполагает выявление закономерностей формирования и развития потребностей, на удовлетворение которых направлена воспроизводственная деятельность человека, а также интересов и стимулов, мотивирующих человека на повышение эффективности своего труда и постоянное собственное совершенствование.

Очевидность и важность отмеченных обстоятельств наглядно проявляются в том, что большинство экономистов и все школы и направления в истории экономической науки отдают дань рассмотрению потребностей и интересов человека. Естественно, исторические эпохи, а также методологические подходы, исповедуемые различными исследователями, накладывают соответствующий отпечаток на понимание этой проблемы, так что в науке сегодня существует самый широкий спектр ее трактовок1.

Не отвергая пра- їй мерности существования каждой трактовки при всех ее особенностях, вытекающих из своеобразия соответствующей концептуальной научно-исследовательской программы (классикой, неоклассиков, кейнсианцев, институционалистов и т.д.), хо- I елось бы подчеркнуть, вместе с тем, что сам характер воспроиз- иодственного процесса и роли в нем человека накладывает определенные безусловные ограничения на исследовательские принципы анализа потребностей и интересов человека, которые становятся исходными и обязательными методологическими предпосылками этого анализа. Во-первых, человек всегда должен рассматриваться как особая часть природы, что проявляется прежде исего именно в его экономической деятельности. Во-вторых, человек всегда должен рассматриваться как часть особого «организма» — общества, без которого он никогда не существовал и существовать просто не может.

Первая из двух предпосылок в своем исходном пункте «напоминает», что человек есть биологическое существо. В экономической науке это обстоятельство часто используется своеобразно — в неоправданном стремлении преувеличить роль психологических факторов в экономической деятельности. С другой стороны, роль биоосновы в человеке недооценивается, предполагается лишь как нечто очевидное. На деле биооснова подчеркивает объективный характер воспроизводства человека, непреодолимость, обязательность его законов аналогично другим (естественным) законам природы. Это кажущееся тривиальным положение приобретает глубокий смысл, если иметь в виду, что речь идет о воспроизводстве изменяющегося, развивающегося человека, «воспроизводственные» потребности которого также изменяются. Воспроизводство должно подчиняться этой необходимости при любом, самом высоком развитии человека. Вопреки романтически-утопическим представлениям о «царстве свободы», на деле, как известно, царство свободы предполагает познание и полное подчинение общества объективной необходимости, в частности «правильному» обеспечению потребностей человека и как биосущества.

Практика различных стран, в том числе и России, демонстрирует, что и в современных условиях не всегда в полной мере удовлетворяются элементарные потребности отдельных слоев населения. Казалось бы, очевидное «господство» человека над природой оборачивается сегодня продолжающейся на планете гибелью от голода многих тысяч людей, «внезапным» возникновением продовольственных трудностей в глобальном масштабе, нарастающими экологиче-

скими проблемами, кризисами и т.п. Все это означает, что «недо- удовлетворение» названных потребностей оборачивается невидимыми и трудноподсчитываемыми, но огромными потерями в воспроизводственном процессе и отдельных стран, и мирового хозяйства в целом.

Вместе с тем человек как биосущество есть особая часть природы, т.е. реализация названной выше необходимости (т.е. обеспечение самого существования человека) происходит у человека (в отличие от всех других представителей фауны) посредством особой функции — труда, производства. Труд как целесообразная деятельность, использующая средства производства, есть особый отличительный признак человека. В этом смысле, очевидно, экономический человек есть прежде всего производитель. И дело не только в том, что труд, производство есть его существенный признак. Важно и то, что именно этот процесс — основа постоянного совершенствования человека. Поэтому в трактовке экономического человека имеет значение и характер используемых им средств производства (прежде всего средств труда), и состояние (уровень) его возможностей (способностей), навыков, умения в решении задач природопреобразовательной деятельности, а также способностей в сфере потребления и т.п. Целесообразный характер деятельности человека предполагает рассмотрение и учет характера действующих целей, анализ причин и определенной направленности и силы его мотивации в этом процессе. Многофакторность осуществляемой природопреобразовательной деятельности человека, возможностей его потребления и очевидные изменения каждого из факторов обусловливают как следствие обязательное и безусловное изменение, развитие потребностей и интересов человека как субъекта процесса экономической деятельности. Экономический человек в этом смысле есть человек исторический. Интересно, что А. Маршалл отметил как главную ошибку английских экономистов начала XIX в. то, что они рассматривали человека как некую постоянную количественную величину и не давали себе труда изучать ее изменения1.

Вторая методологическая предпосылка анализа потребностей и интересов человека — обязательный учет его общественной природы. Даже формально — поскольку экономическая теория есть одна из наук об обществе, — это действительно необходимо. Однако и по существу некорректность иного подхода вытекает уже из первой предпосылки. Действительно, потребности и интересы человека в любых исторических условиях всегда есть проявление і и іределенньїх состояний общества — накопленной за весь период п о существования материальной и духовной культуры. Сама про- м июдственная деятельность человека всегда протекает в форме общественных (экономических) отношений, выражающих обязательную, хотя и меняющуюся исторически взаимозависимость июлей друг от друга. В гипертрофированном виде эту важнейшую черту потребностей и интересов человека выделил еще Аристотель. Желая подчеркнуть, что человек по своей природе есть существо общественное, во взаимосвязи человека и государства он отмечает первичность государства, которое «предшествует» каждому чело- иску[39]. В отличие от животных, которые в естественном состоянии обходятся без содействия других, человек, замечает А. Смит, непрерывно нуждается в помощи своих ближних[40]. Традиция общественной трактовки потребностей и интересов человека наиболее яркое и последовательное выражение получает в марксизме. Неразрывность, слитность двух элементов, подчеркивает Ф. Энгельс, объясняется тем, что вместе с появлением человека возник и еще один элемент — общество[41]. Общественная природа человека в экономической деятельности проявляется двояко. С одной стороны, и деятельности отдельного человека, которая, как правило, и исторически в возрастающей степени направлена на удовлетворение потребностей, обеспечение существования других людей. С другой — в деятельности общества, его органов, направленной всегда и на обеспечение нормального существования, воспроизводства отдельного человека.

Первая «линия» в этом аспекте проявляется прежде всего уже в самом факте общественного разделения труда. Далее, эгоизм, свойственный человеку и выступающий в современной теории как важнейшее обоснование именно его «индивидуализации», в конкретном воспроизводственном механизме, как это показали Манде - иилль и Смит, оказывается средством, «инструментом» наиболее эффективного удовлетворения потребностей других людей, т.е. общества в этом смысле. Именно человек своими действиями, совершенствуя производственный процесс, постоянно развивает экономический потенциал общества. Наконец, в самом поверхностном проявлении человек-налогоплательщик «содержит» общество в выполнении им важных функций и т.д. Вторая «линия» — это формы социальной ответственности общества за обеспечение нормального функционирования и развития человека, которые, как показывает история, оно в той или иной степени всегда реализовывало. Одна из таких настоятельных форм — обеспечение занятости людей. Характерно, что наиболее значительными пороками современного ему экономического общества Дж.М. Кейнс считал его неспособность обеспечить полную занятость, а также несправедливое распределение богатства и доходов[42]. Как видно, среди названных форм — регулирование государством заработной платы (исторически это проявляется в определении государством ее или максимальных, или минимальных ставок); внедрение и реализация налоговой системы, способной и в современных условиях играть роль «социального стабилизатора», и т.п. Социальная ответственность общества — обеспечение соответствующей квалификации работников, связанное с организацией и финансированием системы образования, подготовки и переподготовки кадров; развитие эффективной системы здравоохранения («текущий и капитальный ремонт» человека). В этой области сложились даже определенные параметры-нормативы в виде доли ВВП, рекомендуемые международными организациями. Так, по ним расходы на образование определены в 5—7% ВВП, на здравоохранение — 5-10%. В России в 2007 г. эти расходы составили соответственно 4 и примерно 2,8%[43]. Одна из форм ответственности общества — формирование и обеспечение эффективного функционирования институциональной структуры, образующей необходимую среду для деятельности каждого человека, и др.

Ключевая роль потребностей и интересов человека в развитии экономики общественного сектора обусловливает важность разработки и использования в теории специальной «модели экономического человека» как средства научного анализа, позволяющего повысить его эффективность. «Модель» (в рассматриваемом случае экономического человека) — элемент метода, свойственного не только экономической теории, но и всякой науке. Его обязательным признаком является абстрагирование в анализе объекта от целого ряда свойственных ему черт, ведущего к упрощению, но и искажению реальности. По выражению С. Булгакова, наука тем иімьім «вырезает куски действительности», «дробит жизнь», «пре- мращает природу в мертвую пустыню с анатомическим театром» и г.п., т.е. в «модели» экономический человек — это далеко не ре- аньмый человек[44]. Однако использование модели, упрощение рении юсти позволяют выявить в исследуемом объекте ряд инвариантов (существенных, не изменяющихся ни при каких обстоятель- I max моментов), что имеет важное теоретическое и практическое шачение для понимания именно реальности.

Правильное понимание характера и роли модели экономического человека вызывает, однако, серьезные трудности в теории мри конкретном ее построении. Причина этого прежде всего в сложности установления пределов упрощения (искажения) потребностей и интересов «реального человека», т.е. пределов абстрагирования. Разные школы и направления в зависимости от допускаемых пределов по-разному формируют и модель экономического человека. Общей характерной чертой методологических подходов н этой области является стремление «уйти» от крайней трактовки (\ Булгакова к рассмотрению в экономической теории не «научно- лбетракгного», а по возможности более «реального человека». Отсюда противоречивость в подходе к человеку у А. Маршалла, криги ка Т. Вебленом экономического человека за абстрактность, со- нременные «призывы» наполнить экономического человека плотью и кровью и т.п.

Однако при названном общем фоне в подходе к модели эконо- мического человека все же наиболее глубокое различие в этой области проходит по другой методологической линии, связанной с историческим подходом к этой модели. И здесь существует два принципиально разных решения. Первое — преобладающая сегодня трактовка о связи данной модели с условиями лишь рыночной экономики, предполагающей подчас, что и сама экономика возникает лишь в условиях господства товарно-денежных отношений. Соответственно, и экономический человек в этой модели — «рыночный человек-эгоист», появление которого в теории связывается с именем А. Смита. Второе решение — конструирование модели с более широких исторических позиций, предполагающих, что экономическая деятельность — в тех чертах, как она представлена выше, — существует, хотя и в разных формах, всегда, в любом обществе. В этом смысле и модель экономического человека (как и сам человек) при сохранении ее инвариантов содержательно развивается.

Первый подход наиболее полное развитие получает в неоклассическом направлении. Неоклассической модели экономического человека свойственны следующие основные черты. Во-первых, в соответствии с принципом методологического индивидуализма человек предстает как индивид, все свойства которого заключены в нем самом, заданы природой. Во-вторых, человек выступает как потребитель, определяющим моментом поведения которого является потребительский выбор. В-третьих, регулятором этого выбора выступает рациональная максимизация личной выгоды (полезности) индивида-эгоиста. В целом модель экономического человека у неоклассиков характеризует не деятельность людей (хотя именно о деятельности как предмете анализа говорят многие видные представители неоклассики), а их поведение. Конечно, в неоклассической модели экономического человека получили отражение общие методологические принципы научно-исследовательской программы неоклассики, в результате чего игнорируется общественная природа человека, абсолютизируется эгоизм и т.д. Однако реальная роль неоклассической программы, образующей мейнстрим в экономической теории уже более ста лет, будет сохраняться до тех пор, пока сохраняются ее онтологические и гносеологические основы.

Рубеж тысячелетий продемонстрировал ряд факторов, позволяющих сделать вывод о ренессансе другого подхода к трактовке потребностей и интересов человека и характера и содержания моделей (в том числе и модели экономического человека), их отражающих. Эти факторы: тенденции становления нового, постиндустриального (научно-информационного) общества; функционирование особых отношений в процессе экономической трансформации; глобализация как новый важный фон взаимосвязей в мировом хозяйстве; возрастающая роль государства (общества) в современных условиях; выдвижение на первый план человека и др. Второй, более широкий исторический подход к модели экономического человека, востребованный названными факторами, в целом оказывается более глубоким: вместо «застывшего» неоклассического рыночного экономического человека вырисовывается, хотя и «постоянно экономический», но исторически развивающийся человек.

Каковы же существенные неизменные черты (инварианты) модели экономического человека в рамках второго подхода? Можно выделить по крайней мере три таких инварианта. Во-первых, это і оптветствие способностей экономического человека историческому уровню развития производственного потенциала и экономических отношений. Во-вторых, неизменность цели — удовлетворение потребностей. В-третьих, экономическая форма его воспроизводства на основе оптимального удовлетворения потребностей. 11ервый инвариант выражает необходимость обеспечения определенной (достаточной) подготовки работника, уровня его способностей для производительного использования имеющегося потенциала. Естественно, каждая экономическая эпоха имеет свое «соответствие» и способы его обеспечения. В аграрно-традиционной жономике, когда доминирующим фактором производства выступает чисто природный фактор — земля, указанное соответствие обеспечивается в основном также «природными» навыками, опытом, физическими данными и т.п. В индустриально-рыночной экономике, где доминирует капитал (прежде всего в форме машинной индустрии), «соответствие» предполагает «исполнительские навыки», диктуемые машиной, а также и своеобразный «интеллект в рамках машины». В будущем обществе, где доминирует наука, от человека требуются соответствующие «научные навыки», предполагающие высокую образовательную подготовку, специальное теоретическое обучение и т.п.

Не только необходимость, но и достаточность определенной подготовки означает, что в обеспечении «соответствия» возможны различные «перекосы»: как недостаточность, так и избыточность образования. К примеру, в современной России наблюдается из- исстная избыточность образования части работников по сравнению е требованиями, необходимыми для выполнения работы. Вместе с тем на ряде участков недостает подготовленных кадров, в частности работников со средним специальным и общим образованием. Критерием для определения масштабов «перекосов» в этой области и какой-то степени может служить сравнение с другими странами. Гак, в настоящее время в России научно-технические специалисты и составе занятых составляют 8,5%, в то время как в США — примерно 3%; соответственно, бухгалтерские и родственные им профессии занимают 4%, в США — чуть более 1%. С другой стороны, на 100 руководителей высшего и среднего звена в России приходится 8 служащих, связанных с подготовкой и движением информации, в то время как в США и Германии — 34 и 33 работника1.

Очевидно, что «инвариант соответствия» демонстрирует огромную роль общества в обеспечении оптимальной организации образования, здравоохранения, стимулирования работников и т.п.

Важная роль «соответствия» в повышении эффективности общественного воспроизводства характеризует инструментальное значение модели экономического человека в организации хозяйственной деятельности. В частности, зависимость «соответствия» от характера доминирующего фактора позволяет понять содержательную особенность современного экономического человека: доминирование науки, как отмечалось, обусловливает определяющее значение в модели экономического человека научного знания. В связи с этим следует отметить, что «знание» в экономической деятельности всегда играло какую-то роль, но только с переходом к научно-информационной экономике в модели экономического человека конституируется научное знание. Оно основано на высоком образовании, специальной теоретической подготовке, постоянно совершенствуется также на основе научной переподготовки. Проявляется оно не в повторяемых алгоритмах или, тем более, опытных навыках и умении, а прежде всего в творческой (идущей новыми путями, открывающей и использующей все новые и новые решения и возможности) деятельности. Качественно новая роль знания в этих условиях основана на том, что здесь впервые в истории наука идет впереди практики. Действие научного знания как инварианта современной модели экономического человека должно проявляться в конкретных функциях: умении самостоятельно применять знания; способности самостоятельно их совершенствовать; умении анализировать информацию; возможности принимать управленческие решения; умении использовать и программировать сложное оборудование и т.п.[45]

Второй инвариант модели экономического человека — неизменность цели его деятельности: удовлетворение потребностей. В рамках ее формируется и широкая палитра мотивации экономического человека: от крайнего эгоизма до реального альтруизма. Непосредственная связь потребностей с целью деятельности человека, его мотивацией определяет и важность правильного понимания их содержания и закономерностей развития. Потребности — выражение условий материальной и духовной жизни людей, общества, постоянное воспроизводство которых необходимо для обеспечения его нормального функционирования. Связь потреб- 11 остей с реальными условиями жизни общества подчеркивает их объективный характер: потребности — не просто субъективные пожелания, тем более не фантазии, они выражают определенный исторический уровень развития общества. В то же время потребности — это не сами условия жизни, а именно их выражение в определенном объеме средств для нормального воспроизводства жизни человека (общества) в данный период. Как видно, второй ин- ішриант модели экономического человека также подчеркивает определенное необходимое «соответствие» — в данном случае по- I ребностей человека (общества) сложившимся условиям воспро- и людства. Очевидно, что постоянное историческое изменение, развитие условий жизни означают и соответствующее изменение потребностей. Если в структуре потребностей человека выделить физиологические, духовные и социальные потребности, то, к примеру, в аграрно-традиционной экономике цель человека во многом ограничивается удовлетворением физиологических потребностей. И дальнейшем возрастающее место в цели все более и более начинают занимать потребности духовные (интеллектуальные), а также на основе все большего развития социальной природы человека — потребности социальные. При этом важно видеть, что изменение структуры потребностей — это прямое и неизбежное следствие изменения, развития прежде всего самого человека как субъекта производственно-экономической деятельности. Наиболее наглядно gt; го демонстрирует современное экономическое развитие: формирование научно-информационной экономики означает возрастающую необходимость для человека в его экономической деятельности расширения знаний, доступа к информации, расширения профессионального и культурного общения и т.д. Совершенно но- иое звучание приобретает потребность в свободном времени, которое получает и новое (современное) «наполнение». Крайне важно, чтобы экономика общественного сектора обеспечивала эти потребности, иначе нельзя говорить о нормальном функционировании общества: у человека не только снижается мотивация в трудовой деятельности, он в определенном смысле перестает отвечать требованиям времени. Общество в итоге не реализует имеющиеся у него потенциальные возможности, постепенно ухудшает свои позиции в глобальном мире.

Вышесказанное в достаточно полной мере раскрывает и механизм развития потребностей. Основой его является не развитие «нужды» в чем-либо (через этот не очень ясный термин потребности часто определяются), а постоянный прогресс производства, изменяющий все условия жизни общества (человека). Для поддержания мотивации человека (а в более широком плане — его соответствия требованиям времени) на постоянно высоком уровне необходимо, очевидно, изменять (повышать) объем предоставляемых ему благ, совершенствовать их структуру в соответствии с изменениями самих условий жизнедеятельности общества. Как правило, более конкретно в развитии потребностей выделяют три закономерности: закон возвышения потребностей; закон интенсификации развития потребностей; закон интернационализации развития потребностей. Возвышение потребностей отражает исторический процесс прогресса производства и совершенствования на этой основе самого человека. Оно выражается в постоянном появлении новых потребностей, общем изменении их структуры в пользу «более качественных» потребностей, возрастании доли потребностей интеллектуальных и социальных по сравнению с физиологическими потребностями человека. О подобном изменении в модели экономического человека практически речь уже шла выше. Закон интенсификации развития потребностей — историческое сокращение периода от появления новой потребности (нового продукта) до ее массового распространения. Причинами такой закономерности являются возрастающий динамизм производства, а также ускоряющееся развитие способностей человека. Закон интернационализации развития потребностей отражает прогресс общественного характера процесса производства в мировом масштабе. Вместе с ним происходит распространение и потребностей в интернациональном масштабе вне прямой связи их с возможностями, состоянием национального производства. В основе данного процесса лежит развитие международного общественного разделения труда. Непосредственно процесс реализуется через внешнеэкономический, торговый обмен. Экономическая глобализация существенно ускоряет и углубляет его. Действие этой закономерности существенно усложняет, модифицирует обеспечение нормального воспроизводства экономического человека и его мотивации, но не снимает самой такой необходимости.

Удовлетворение потребностей — постоянная цель, инвариант в модели экономического человека. Однако для достижения ее человек должен вступить в процесс трудовой деятельности. И само это вступление, и степень активности человека в этом процессе связаны с формированием у него личного интереса. Личный экономический интерес — это выражение направленности действий человека в процессе трудовой деятельности на удовлетворение его потребностей. Личный интерес связан с потребностями, так как направлен на их удовлетворение. Однако он не тождественен им, поскольку действия человека под воздействием интереса непосредственно направлены на достижение определенного результата (производство какого-то продукта, количества деталей, операций и т.п.). Личный интерес оказывается связанным с потребностями опосредованно — через производственный результат. Конкретной жономической формой их связи, формой реализации личного ин- іереса становится стимул (например, заработная плата). Именно стимул формирует определенную (большую или меньшую) заин- іересованность, мотивацию человека в его трудовой деятельности. Таким образом, достижение цели экономического человека осуществляется через «цепочку»: потребности — личный интерес — і ти мул — заинтересованность (мотивация) — удовлетворение потребностей и т.д.

Третий инвариант в модели экономического человека — существование формы его воспроизводства на основе оптимального удовлетворения потребностей. Этот инвариант в известной степе- ни противостоит существующему в общественных науках «стандартному» представлению о безграничном росте потребностей и постоянном «отставании» от него производства. Согласно ему и экономике нормальное воспроизводство человека в принципе не может быть осуществлено, происходит как бы постоянное «недо- иоспроизводство». Наделе в экономике имеют место более «жесткие» определенные закономерности: во всех экономических системах, хотя и по-разному, но складываются экономические формы нормального для данных исторических условий (т.е. оптимального и в этом смысле «полного») удовлетворения потребностей. Рассматривая в ретроспективном плане экономического человека в аграрно-традиционной экономике, мы сталкиваемся с «человеком экономии», по Аристотелю. Это человек, связанный преимущественно с земледелием и удовлетворяющий потребности в системе натуральных отношений. Что означает положение Аристотеля о том, что эти естественные потребности в рамках «экономии» имеют предел, как не предположение о возможности их действительно полного (в этих пределах) удовлетворения? В этом смысле он противопоставляет потребности экономии потребностям хрематисти- ки как «беспредельным». Но ведь и сама хрематистика у Аристотеля находится за рамками «системы экономии» (можно сказать, аграрно-традиционной экономической системы). В экономии же складывается первая историческая форма удовлетворения потребностей работника, которую условно можно было бы определить как форму предельно-оптимального удовлетворения потребностей.

Сказанное, казалось бы, подтверждает упомянутое выше представление о беспредельности потребностей для условий индустриально-рыночной экономики. Однако развивающаяся экономическая теория решает эту проблему по-иному. Наиболее полно ее рассмотрел К. Маркс в учении о рабочей силе. Господство товарно- денежных отношений превращает в товар и рабочую силу. Стоимость рабочей силы и оказывается экономической формой оптимального (т.е. исторически полного для условий индустриальнорыночной экономики) удовлетворения потребностей наемного работника (экономического человека). Оптимум, по Марксу, включает четыре элемента: удовлетворение физиологических потребностей (в этом случае экономический человек воспроизводится в хиреющем состоянии); исторический и моральный элемент (возвышение потребностей); затраты на подготовку работника (образование и т.п.); содержание семьи. Интересно, что А. Маршалл, не разделяя теоретическую концепцию К. Маркса, по поводу удовлетворения потребностей работника в рыночной экономике выдвинул примерно те же положения, указав на важность их выполнения. В теоретической концепции плановой экономики основной формой удовлетворения потребностей экономического человека представлялось «распределение по труду». Однако в практической реализации эта форма во многом трансформировалась в «уравниловку», негативно сказавшуюся на мотивации работников и к тому же тормозящую рост благосостояния работников в силу неполной реализации в «распределении по труду» закономерностей развития потребностей.

Становление научно-информационной экономики (как ее часто называют — экономики знаний), естественно, еще не «выкристаллизовало» той формы, в которой должно осуществляться оптимальное удовлетворение потребностей экономического человека. В процессе экономической трансформации сегодня (опять-таки под инерционным влиянием отношений рыночной экономики) все большее распространение приобретает категория «человеческий капитал». В содержательном плане эта, можно сказать, современная форма экономического человека предполагает его характеристику, во-первых, как биосистемы; во-вторых, как человека с резко возросшим «количеством и качеством» образования, превращением на этой основе научного знания, как отмечалось выше, и определяющий фактор развития; в-третьих, как особый ингре- пкчгг упоминается «социальный капитал» (доверие, возрастающая роль интеллектуального общения и т.п.). Характерно, что подобные представления о социальной природе человека развиваются сегодня в условиях сохраняющегося господства мейнстрима, т.е. принципа методологического индивидуализма. В целом инвариант оп- шмального удовлетворения потребностей в модели экономического человека, конечно, приобретет иное, чем прежде, содержательное наполнение, но сохранит свои существенные прикілки.

В заключение остановимся на вопросе — ограничивается ли интерес экономического человека его личным интересом или же ему свойственны интересы какого-либо иного порядка. Иными словами, остается ли он «жестким» эгоистом или же способен про- яилять некие альтруистические мотивы. В свою очередь, прежде чем ответить на поставленный выше вопрос, следует выяснить, существуют ли какие-либо другие экономические интересы кроме личного. Казалось бы, это риторическая постановка вопроса, ибо н экономической науке достаточно часто упоминаются эти «другие интересы». Так, уже меркантилисты говорят о соотношении частных и общественных интересов[46]; А. Смит пишет об интересах народа, общественных потребностях[47]; о противоречии частных и общественных интересов ставит вопрос С. Сисмонди[48]; обществен- ные потребности и интересы — постоянный атрибут теории К. Маркса; два основных начала в экономической деятельности, но А. Чупрову, — личный интерес и общественный интерес[49]; в современной экономической науке, не говоря уже о политике, обычна постановка об общественных и групповых интересах и т.д.[50] Однако как в истории, так и в современной экономической теории постановка вопроса о личных, групповых и общественных интересах имеет неоднозначные решения.

В целом можно выделить два принципиально различных подхода к развитию экономики общественного сектора. Первый логически развивается современным мейнстримом и вытекает из господствующего в неоклассике принципа методологического индивидуализма. Согласно ему личный интерес (субъективные предпочтения) могут быть свойственны только индивиду. Какой-либо общественный экономический интерес может быть объяснен (выведен) лишь как функция множества личных предпочтений. Но поскольку такое выведение просто невозможно, то методологически и теоретически об общественном экономическом интересе говорить некорректно. Иными словами, он как бы не существует. «Нечто вроде» общественного интереса практически имеет место, но «оно» находится за пределами экономики, в политической сфере, и непосредственным субъектом этого «общественного интереса» выступает государство.

Другой подход исходит из качественных различий общества (единого народнохозяйственного образования) и человека (как целого и части). Обществу (целостной экономической системе) свойственно особое интегративное качество. Именно оно прежде всего конституирует качественно особые экономические общественные потребности и экономические общественные интересы, формирует общественный сектор. Общественный интерес не предполагает выявления функции множества личных предпочтений (интересов) индивидов, а имеет относительно самостоятельный алгоритм. Экономические общественные и личные интересы в совокупности образуют противоречивое единство как противоречивое единство целого и части. Такое решение означает, что интерес экономического человека не ограничивается личным интересом. Он более сложен. Конечно, в основе интересов человека остается личный интерес, связанный с удовлетворением его личных потребностей. И в этом смысле экономический человек всегда эгоист. Однако его благополучие и даже существование связано с существованием таких экономических «субъектов», как общество (экономика) в целом, коллектив (предприятия, фирмы и т.п.), где трудится человек. Принадлежность человека к названным коллективам, естественно, порождает у него заинтересованность (интерес) в их постоянном существовании и эффективном функционировании. Таким образом, интерес экономического человека оказывается единством экономических интересов: личного, группового (коллективного) и общественного. Именно поэтому экономический человек, оставаясь эгоистом, объективно выступает в определенной мере всегда и как альтруист. Это в какой-то степени очевидное (из практики) обстоятельство никогда не отрицалось пред- і[51] цінителями и классического, и неоклассического направлений. 1лк, анализируя наследие А. Смита, Т. Негиши отмечает, что в дей- і і ниях индивида Смит рассматривает единство эгоизма и альтру- ігіма, который ослабевает по мере продвижения от уровня семьи к уровню общества1. А. Маршалл подчеркивает, что ни одна концепции не рассматривает экономического человека как чистейшего монета[52]. Конечно, следует указать на различные роль и действие разных экономических интересов в интересе экономического че- иовека. Личный интерес — наиболее сильный интерес, действующий непосредственно. Коллективный и общественный интересы, естественно, слабее. Они действуют опосредованно, косвенно. Одна ко единство трех форм экономических интересов в интересе экономического человека раскрывает нам его модель как более многостороннюю, расширяя тем самым возможности для ее содержательной характеристики в грядущем обществе.

<< | >>
Источник: П.В. Савченко, И.А. Погосов, Е.Н. Жильцов. Экономика общественного сектора: Учебник / Под ред. П.В. Савченко, И.А. Погосова, Е.Н. Жильцова. — М.: ИНФРА-М,2010. — 763 с.. 2010

Еще по теме ГЛАВА 8. ПОТРЕБНОСТИ И ИНТЕРЕСЫ ЧЕЛОВЕКА КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИКИ ОБЩЕСТВЕННОГО СЕКТОРА:

  1. Глава 23. Границы экономической науки
  2. 10.3. Основные этапы развития советской экономики
  3. Тема 2. Предпосылки и этапы формирования концепции устойчивого развития как цивилизационного императива
  4. 3.1. Рыночная экономика: концептуальная схема построения и реальная действительность.
  5. 3.2 Плановая экономика: природа и тенденции
  6. Глава 1Экономические трудности.
  7. Глава IIПРОБЛЕМА БЕЗДЕНЕЖНОГО ХОЗЯЙСТВА
  8. Глава III РОЛЬ ГОСУДАРСТВЕННОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ В ^ФОРМИРОВАНИИ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ
  9. 3.1. Общее понятие о государственных финансах и их роль в социально-экономическом развитии страны
  10. Ю.В. Дубровская ГАРМОНИЗАЦИЯ ИНТЕРЕСОВ ЭКОНОМИЧЕСКИХ СУБЪЕКТОВ КАК ОСНОВА СНИЖЕНИЯ ТРАНСАКЦИОННЫХ ИЗДЕРЖЕК В СИСТЕМЕ ИЕРАРХИЧЕСКИХ ВЗАИМОСВЯЗЕЙ ЭКОНОМИКИ
  11. ГЛАВА 8. ПОТРЕБНОСТИ И ИНТЕРЕСЫ ЧЕЛОВЕКА КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИКИ ОБЩЕСТВЕННОГО СЕКТОРА
  12. РАЗДЕЛ 5 ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПЛАТФОРМЫ ПАРТИЙ И ОБЩЕСТВЕННЫХ ДВИЖЕНИЙ
  13. Глава 1. ЭКОНОМИЧЕСКИЙ СТРОЙ И ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ РИТМОВ ИНДУСТРИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ СТРАНЫ
  14. Глава 2. РЕЖИМ ПЕРЕХОДНО-КРИЗИСНОГО ВРЕМЕНИ
  15. Глава 3. ИНСТИТУЦИОНАЛЬНО-РЫНОЧНАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ: СТРАТЕГИЯ ФОРМИРОВАНИЯ ИННОВАЦИОННОЙ МОДЕЛИ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ
  16. Глава 4. РОЛЬ ФАКТОРА ВРЕМЕНИ В РАЗВИТИИ РЕГИОНАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ
- Антимонопольное право - Бюджетна система України - Бюджетная система РФ - ВЭД РФ - Господарче право України - Государственное регулирование экономики России - Державне регулювання економіки в Україні - ЗЕД України - Инвестиции - Инновации - Инфляция - Информатика для экономистов - История экономики - История экономических учений - Коммерческая деятельность предприятия - Контроль и ревизия в России - Контроль і ревізія в Україні - Логистика - Макроэкономика - Математические методы в экономике - Международная экономика - Микроэкономика - Мировая экономика - Муніципальне та державне управління в Україні - Налоги и налогообложение - Организация производства - Основы экономики - Отраслевая экономика - Политическая экономия - Региональная экономика России - Стандартизация и управление качеством продукции - Страховая деятельность - Теория управления экономическими системами - Товароведение - Управление инновациями - Философия экономики - Ценообразование - Эконометрика - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика отрасли - Экономика предприятий - Экономика природопользования - Экономика регионов - Экономика труда - Экономическая география - Экономическая история - Экономическая статистика - Экономическая теория - Экономический анализ -