<<
>>

США И КАПИТАЛИСТИЧЕСКОЕ ВАЛЮТНОЕ УСТРОЙСТВО: ПРОТИВОРЕЧИЯ ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗАЦИИ

История международных платежных отношений, основанных на долларе, представляет непрерывную*цепь катаклизмов, порожденных их противоречивостью, определенным отставанием от требований, выдвигаемых постоянно усиливающимся процессом интернационализации хозяйственной жизни.

Постепенно накапливаясь, противоречия лиевду развитием производительных сил и застывшим валютным механизмом вызывают нарастание кризисных тенденций в системе валютных отношений.

На определенном этапе это приводит к необходимости коренного преобразования валютной системы. Такие в полном смысле качественные изменения произошли в 70-х годах, что сильно отразилось на положении и роли США в международных расчетных и платежных отношениях капиталистических стран на длительную перспективу. Уяснение основных причин, приведших к подобным изменениям, их характера необходимо для правильного понимания долгосрочных процессов, развернувшихся в валютно-финансовой сфере капитализма в следующем десятилетии.

  1. Основные особенности Ереттон-вудской валютной системы

Становление и развитие послевоенного механизма международных расчетов и платежей достаточно подробно исследованы в советской экономической литературе. Поэтому в данной работе представляется целесообразным остановиться лишь на тех аспектах, которые непосредственно связаны с местом Соединенных Штатов в этом процессе.

Прежде всего отметим, что соглашение, заключенное в Бреттон-Вудсе, явилось логическим следствием развития международного денежного обращения между двумя мировыми войнами. Именно в этот период в международный платежный оборот стали все активнее внедряться национальные кредитные средства платежа и одновременно было положено начало формированию механизма государственно-монополистического регулирования экономики, который, однако, не приобрел сколько-нибудь завершенного вида в сфере международных экономических отношений.

Так, еще в 1913 г. 15 европейских центральных банков держали около 12% резервов в иностранных валютах. В 1924-1929 гг. эта доля уже у

25 основных капиталистических стран увеличилась до 19-27$. Причем в 1927-1928 гг. удельный вес иностранной валюты был заметно выше, чем в среднем за указанный период, - порядка 42$1, что даже превосходило соответствующие показатели 50-60-х годов. В резервах в основном держались валюты, имевшие свободную обратимость в золото по твердому курсу. Однако такое расширение использования национальных валют было кратковременным, и уже к 1932 г. их доля в резервах сократилась до 8$2, а к началу второй мировой войны упала практически до 0.

Межвоенное валютное устройство, характеризовавшееся началом использования национальных платежных средств, еще не обладало механизмом, обеспечивающим их широкое внедрение в платежный оборот на постоянной, стабильной основе. Такой механизм в условиях слабой интеграции отдельных национальных денежных рынков и рынков капиталов, сосуществования нескольких валют5, одновременно в той или иной степени выполнявших резервную функцию (доллар, фунт стерлингов, французский франк), которые обладали относительно равным значением и уже свободно не разменивались на золото, мог быть создан только на основе тесного межгосударственного сотрудничества, предпосылки которого отсутствовали. Старый механизм золотого стандарта в полном объеме фактически уже перестал существовать4, новый же, основанный на национальных платежных средствах, еще не мог получить достаточного развития.

Сказанное в полной мере относится к Соединенным Штатам, в которых именно в рассматриваемый период начала формироваться стратегия, направленная на закрепление за долларом функции если не единственной, то главной валюты капиталистического мира. В связи с этим подчеркнем, что уже в 20-30-х годах нашего века складывались те предпосылки, которые определили положение американского доллара сразу после второй мировой войны.

В межвоенные годы доллар являлся наиболее прочной валютой, что обусловливалось относительно более успешным экономическим развитием США, меньшей зависимостью от внешней сферы, постоянным активом торгового баланса и значительным золотым запасом, который к тому же неуклонно увеличивался.

С 20-х годов США превратились в основного международного поставщика капиталов, оттеснив в этой роли Англию. В этот период были предприняты попытки обеспечить условия для поступления долларов в международный платежный оборот, повысить значение Нью-Йорка как мирового финансового центра, что диктовалось относительным перенакоплением капитала, стремлением использовать финансовые и материальные ресурсы для усиления эксплуатации других стран.

Одним из главных направлений здесь являлось содействие относительной стабилизации валютно-экономического положения партнеров, прежде всего западноевропейских, преимущественно посредством финансовых инъекций. Однако в конкретной ситуации, существовавшей между

двумя мировыми войнами, решить поставленную задачу на долгосрочной, стабильной основе США не удалось.

Как уже отмечалось, в межвоенные годы торговый баланс США регулярно сводился со значительным активом. В такой ситуации для погашения полученных займов, продолжения закупок в США, другие страны должны были продавать золото, запасы которого истощались, или прибегать к новым, еще более значительным кредитам у США. Последнее далеко не всегда было возможно. Несмотря на меры по активизации экспорта капитала по государственной линии., его объем был недостаточен. Приток же частных средств периодически испытывал значительные перепады. При сокращении Соединенными Штатами иностранного кредитования другие государства были вынуждены предпринимать жесткие меры в попытках обеспечить торговый актив с США, что было сложно ввиду высоких американских тарифов. Это подрывало основы международного экономического обмена, препятствовало развитию платежного механизма, основанного на национальных валютах. Характеризуя ситуацию, сложившуюся в финансовых и торговых отношениях между США и другими капиталистическими странами в 30-х годах, ДЖо М. Кейнс довольно категорично поставил вопрос о возможности практически полного разрыва экономических отношений. Он писал: "Соединенные Штаты... поставили перед нами (имеется в виду Западная Европа.

- С.Г.) проблему изыскания способов существования без американских пшеницы, хлопка и автомобилей"5.

Качественно иное, во многом уникальное положение сложилось по окончании второй мировой войны. Экономическое превосходство США превратилось в явное преобладание. В условиях послевоенной разрухи, доллар практически остался единственной валютой, способной претендовать на роль международного резервного средства. В то же время и другие страны, прежде всего западноевропейские, остро нуждались в такой валютной системе, которая обеспечила бы им возможность производить международные платежи за необходимые товары и услуги.

Основы такой системы были заложены в Бреттон-Вудсе, где, как случалось нередко и раньше, а затем повторилось 30 лет спустя, законодательно было закреплено фактическое положение вещей. Бреттон-вудское валютное соглашение создало необходимые условия для внедрения национальных валют в международный платежный оборот. Подобная цель была достигнута прежде всего благодаря созданию системы фиксированных валютных паритетов. Эта система предполагала обмен валют по твердо определенному соотношению. Такое соотношение устанавливалось исходя из золотого содержания национальных денежных единиц, и, согласно Уставу МВФ, должно было поддерживаться либо посредством купли-продажи золота по твердо зафиксированной цене, либо при помощи валютной интервенции. Тем самым делалась попытка устранить одно из главных препятствий, стоявших на пути внедрения национальных платежных средств в межвоен- ный период, - беспорядочные изменения курсов основных капиталистических валют, придать системе необходимую стабильность. Ставя целью введение свободной обратимости валют по текущим операциям, МВФ фактически узаконил национальный контроль за движением капиталов, так как именно их хаотичное перемещение было одним из главных факторов дестабилизации платежных отношений в ЗО-х годах.

Основные положения Бреттон-вудского валютного соглашения во многом опирались на опыт предвоенных лет. Оно было направлено на активную межгосударственную регламентацию процессов, зародившихся в тот период, Б систему, базирующуюся на использовании национальных платежных средств, было встроено необходимое недостающее звено - ее межгосударственное регулирование на основе жестких "правил поведения". Однако тем самым уже изначально Бреттон-вудскому валютному механизму были присущи и серьезные пороки ввиду его несоответствия послевоенному ЭТИ' пу интернационализации хозяйственной жизни, о чем подробнее будет сказано ниже.

В то же время на конкретные очертания, которые приняла послевоенная валютная система, решающее воздействие оказала расстановка сил между основными капиталистическими странами. Полное доминирование доллара поставило его в центр валютной системы. Подобное развитие событий (выдвижение доллара на роль основной валюты капиталистического мира сразу после второй мировой войны. - С.Г.), - отмечал в свое время Е.И. Селихов, - нельзя считать случайным или актом "узурпации" долларом роли ключевой валюты; оно объективно вытекало из политической и экономической ситуации того времени 6. Только США в соответствии с упомянутыми правилами МВФ избрали свободную куплю-продажу золота в качестве способа поддержания курса своей валюты. Другие государства просто не имели такой возможности. Они прибегали для этого к валютной интервенции, которая проводилась в основном в долларах, служивших главным резервным активом. К тому же в первое послевоенное десятилетие только доллар являлся полностью обратимой, универсальной валютой, в которой могли осуществляться любые международные сделки. Сразу после войны в США не было практически никаких ограничений международного использования доллара как в сфере товарной торговли, так и по чисто финансовым операциям. Точно так же не делалось никаких различий между гражданами США и иностранцами при расчетах в американской валюте. Наличие строжайших валютных ограничений лишало западноевропейские денежные единицы этого качества.

По сути дела, доллар без каких-либо международных договоренностей оказался единственным кандидатом на заполнение того пробела, который возник после крушения золотого стандарта. В то же время во многом благодаря такому положению вещей после войны и смогла возникнуть относительно стабильная система золото-валютного стандарта. Ведь в случае наличия нескольких примерно равных по силам конкурирующих валют, чем в определенной степени характеризовался межвоенный период,

с неизбежностью возникла бы необходимость многосторонней разработки каких-то критериев и правил их использования в качестве резервного средства, тесной координации не только непосредственно валютной, но и денежно-кредитной и бюджетной политики нескольких ведущих государств. Такой ход событий, учитывая постоянные противоречия между капиталистическими странами, неразвитость механизма межгосударственного регулирования, невысокую степень взаимозависимости национальных экономик, представляется маловероятным. Еще менее реальной следует признать возможность создания после войны какого-то наднационального платежного средства, на чем, в частности, настаивал Дж. М. Кейнс. Как показала практика, необходимые условия для этого не сложились и к концу 80-х годов.

Отметим и еще одну важную особенность, способствовавшую выдвижению доллара на роль главной международной валюты, - определенную его "нейтральность". У США в первое послевоенное десятилетие практически не было необходимости использовать рычаги экономической политики для изменения взаимоотношений с мировым рынком, что в той или иной степени было традиционно свойственно большинству капиталистических государств, и в частности Англии. В области внешних расчетов США были "пассивны" в том смысле, что они лишь продавали или покупали золото в зависимости от конкретных условий на валютных рынках. «При малой зависимости от внешней торговли, - писал американский специалист в области финансов М. Мейер, - Соединенные Штаты были относительно "закрытой" экономикой, которая испытывала очень незначительное воздействие извне. Взяв на себя обязательство по Бреттон-вудскому валютному соглашению производить расчеты в золоте, Америка могла придерживаться полностью пассивной позиции в валютных вопросах?7. Конечно, подобная "нейтральность" далека от той, которой обладало золото, так как положение доллара менялось в зависимости от внутриэкономической конъюк- туры. Однако этот порок, имманентно присущий, как было наглядно показано в работах многих советских экономистов®, национальным валютам как таковым при выполнении ими международных функций, был свойствен доллару в наименьшей степени.

Учитывая вышеизложенное, соглашение, заключенное в Бреттон-Вудсе, являлось основой валютной системы лишь в том смысле, что оно создавало необходимые предпосылки внедрения доллара в международный платежный оборот, не регулируя ни их количество, ни формы подобного внедрения. Последнее всецело зависело от политики США, т.е. регулировалось на национальном уровне или, в лучшем случае, на двусторонней основе. МВФ играл в этом процессе ограниченную роль,

Формальное создание основ золото-долларового стандарта, однако, автоматически не означало достижения США тех целей, которые они преследовали в валютно-финансовой области. Для этого требовалось "запустить" систему в нужном направлении, заставить ее "работать" в соответствии со своими интересами.

З.Зак.1576              33

Сразу по окончании второй мировой войны перед американской буржуазией возникла острейшая проблема использования производственного аппарата, разросшегося на военных заказах. Наиболее приемлемым выходом из положения, наряду с увеличением производства потребительских товаров, представлялось расширение экспорта, тем более что на рынках остальных капиталистических государств ощущалась острая нехватка большинства видов продукции. Считалось, что США должны иметь актив торгового баланса на протяжении 10, 20, а может и более лет. За это время удастся безболезненно создать новую промышленную структуру, способную бесперебойно функционировать и. с пассивом расчетов по торговле, необходимым для погашения иностранцами ранее полученных кредитов.

Достижение значительного актива торгового баланса натолкнулось на нехватку приемлемых платежных средств (долларов) у заграничных покупателей. В таких условиях выход был один - массированный экспорт американского капитала, за счет которого будут производиться платежи по торговле.

Несмотря на наличие значительных свободных средств, частный сектор после войны не проявил энтузиазма в вопросах увеличения иностранного инвестирования. Такое отношение объяснялось отсутствием необходимых условий за границей и прежде всего - расстройством экономики западноевропейских государств, что не давало гарантий прибыльного помещения капитала. Обеспечение благоприятного климата для вывоза денежного капитала стало центральной задачей валютно-экономической политики США после второй мировой войны.

Со времен второй мировой войны генеральной линией США, в отличие от прежних периодов, становится максимальная "открытость" всех стран для движения товаров и капиталов. Только такая система могла гарантировать США как актив торгового баланса, так и возможность для инвестиций, т.е. гарантировать неуклонный рост крупнейших банковских и промышленных монополий. Одновременно снятие как можно большего числа барьеров означало усиление не только экономической, но и политической зависимости партнеров.

В то же время США делали все возможное, чтобы не допустить создания в сколько-нибудь значительных объемах международной ликвидности в таких формах, на которые они не могли бы оказать доминирующего воздействия. Капиталистический мир, таким образом, оказался в полной зависимости от американской помощи и кредитов. В США не без основания надеялись на то, что подобное положение заставит многие государства создавать для частных инвестиций из-за океана преференциальные условия.

Определенные успехи в восстановлении экономики государств Западной Европы в совокупности со значительными девальвациями их валют, проведенными в 1949 г., массированная инъекция долларовых средств способствовали определенной стабилизации валютно-экономического положения ре-

^гиона. К концу 50-х годов Западная Европа уже могла "зарабатывать11 все необходимые ей доллары, что послужило основой для введения в 1958 г. частичной, а в 1961 г. полной обратимости западноевропейских валют по текущим операциям.

К середине 50-х годов значительно увеличился и приток частного американского капитала, первоначально в основном в форме прямых инвестиций. Американские корпорации привлекал более быстрый экономический рост в Европе, возможность посредством налаживания производства на месте обойти тарифные барьеры, стоявшие на пути торговли. Несмотря на это, экспорт капитала государством не уменьшался, что диктовалось уже исключительно военно-политическими соображениями.

На наш взгляд,на рубеже 50-60-х годов полностью и сложилась та система, которая получила название "Бреттон-вудской". Дело в том, что [согласование в 1944 г. на межгосударственном уровне основ послевоенного валютного устройства далеко не означало немедленного начала его 'функционирования. В то же время общие принципы Бреттон-вудского валютного соглашения, как представляется, могли получить различное конкретное содержание.

Конкретные особенности послевоенной валютно-финансовой системы заключались в следующем. США продолжали иметь значительный актив торгового баланса. Основными статьями этого актива были машины и оборудование, а также продовольствие. Наличие торгового актива допускало завышенный курс доллара. Соотношение обмена с заграницей по сравнению с предвоенным периодом заметно изменилось в пользу США. США в 50-х годах могли позволить себе подобное соотношение, так как по многим ^товарным группам конкуренция на мировом рынке отсутствовала. Не менее ‘.важной причиной являлась малая зависимость от внешней торговли американского внутреннего рынка, который к тому же был защищен в первое послевоенное десятилетие относительно высокими тарифами. В то же время сложившееся после массовых девальваций 1949 г. соотношение обмена валют устраивало и партнеров США, так как способствовало росту их экспорта, оплачиваемого в долларах.

Актив торгового баланса покрывался за счет экспорта из США государственного и во всевозрастающих объемах частного капитала. Причем [суммарный отлив капитала постоянно превышал разницу между товарным [экспортом и импортом, т.е. платежный баланс США из года в год сводился с "пассивом". Подобное превышение в течение 50-х годов составляло [Примерно 1,1 млрд долл. в годовом исчислении[3]. В указанный период из р,5 млрд долл., на которые увеличились государственные инвалютные резервы, около 7 млрд долл. пришлись на дефицит платежного баланса Ьша[4]. Основная часть "излишних" долларов поступала в государственные [резервы, которые держались преимущественно в виде беспроцентных текущих счетов в банках на территории США, а также в ценных бумагах американского правительства.

Такое использование американской валюты обусловливалось необходимостью иметь в наличии универсальное платежное средство, в котором могли бы осуществляться любые международные расчеты. Помимо торговли с Соединенными Штатами, доллар использовался и в сделках между третьими странами. Кроме того, существовала постоянная потребность иметь рабочие балансы в долларах для осуществления ежедневных операций на валютных рынках в целях поддержания валютных курсов в узких пределах отклонения от паритетов.

Иностранные держатели (главным образом государственные органы) были уверены в стабильности доллара ввиду возможности его конверсии по твердой цене. Золотой запас США в 1950 г. составлял 25 млрд долл., что являлось в то время вполне достаточной гарантией незыблемости существовавшего положения.

В первые послевоенные Ю-15 лет превышение притока долларов над активом торгового баланса США являлось, пожалуй, обязательным условием нормального функционирования капиталистического платежного механизма, расширения внешнеэкономических операций. Так, даже временное прекращение нетто-притока долларов в 1954 г. вызвало серьезные платежные затруднения у большинства капиталистических стран. Однако описанный механизм имел и значительные недостатки, которые явно обнаружились уже в начале следующего десятилетия. Можно согласиться с профессором Пенсильванского университета Ф. Блоком, который, исследуя причины валютного кризиса, приходит к выводу о том, что "те средства, благодаря которым была восстановлена многосторонняя экономическая система, в дальнейшем явились основным фактором дестабилизации мировой экономики. Последствием подобной дестабилизации стал хронический кризис международной валютной системы в 60-х годах"[5]. При этом наибольшую остроту приобрела проблема платежного баланса США.

реальных ценностей между данной страной и остальным миром. США до начала 80-х годов, за редким исключением, являлись нетто-экспортерами капитала. В этот период страна производила больше, чем потребляла. Происходил перевод реальных ценностей за рубеж (порядка 0,2-0,5% ВНП в год)12. В результате общие накопленные за границей американские активы все более превосходили обязательства перед иностранцами. С этой точки зрения платежные позиции США должны были неуклонно укрепляться. На деле наблюдался обратный процесс.

Причина этой на первый взгляд парадоксальной ситуации коренилась в самом характере послевоенной валютной системы, которая предполагала наличие равновесия в расчетах между странами, отсутствие значительной миграции капиталов. Но такое валютное устройство уже не соответствовало особенностям объективно складывающейся ситуации во взаимоотношениях между капиталистическими странами, предполагавшей все более масштабную переброску материальных и финансовых ресурсов через национальные границы.

Действительно, в случае, если объем оттока капитала из США примерно соответствовал бы активу их текущего баланса, то никакой проблемы не возникло бы. Все доллары просто возвращались бы в американскую экономику в форме платежей за товары и услуги. Такое положение могло существовать до тех пор, по*а США имели возможность кредитовать другие государства либо пока последние не начали сводить свои текущие платежи и поступления с активом и тем самым погашать ранее полученный кредит.

Сложившаяся же после войны экономическая ситуация в совокупности с достигнутым к началу 60-х годов уровнем интернационализации хозяйственной жизни требовала уже иного характера отношений. Восстановление экономики Западной Европы и Японии, в целом более быстрый их экономический рост на протяжении 60-70-х годов увеличивали потребность в инвестициях. Однако их рынки капиталов были не настолько развиты, чтобы предоставить все ресурсы, необходимые для экономического развития. Причем дополнительная потребность в капитале превышала тот объем, который мог быть получен в результате финансирования текущего дефицита.

В этих условиях денежный капитал для инвестиционных целей должен был поступать в существенной мере независимо от состояния балансов текущих расчетов. В значительной своей части он был нужен не для оплаты импорта, а для активизации внутренних факторов экономического роста. В США свободный капитал имелся. Американские промышленные и банковские монополии стремились найти ему наиболее прибыльное применение. Опережающие темпы роста в Западной Европе, что в условиях относительной нехватки собственных инвестиционных ресурсов обусловливало наличие там более высоких процентных ставок и в целом нормы прибыли, явились основной причиной поступления капиталов из США, что происходило во всевозрастающих масштабах.

Приток капитала в размерах, превышающих актив текущего баланса США, должен был как-то компенсироваться. Такая компенсация при системе фиксированных курсов могла осуществляться только в виде обратного перемещения финансовых средств в той или иной форме. Это происходило путем приобретения иностранными государственными органами, отдельными фирмами и частными лицами ликвидных активов, выраженных в долларах (прежде всего ценных бумаг американского казначейства). Другими словами, США увеличивали долгосрочные прямые и портфельные инвестиции за границей, предоставляли банковские кредиты за счет наращивания краткосрочной задолженности. Благодаря наличию высокоразвитого рынка капиталов они производили своего рода трансформацию краткосрочных средств в средне- и долгосрочный кредит. Такая функция стала возможной по причине резервной роли доллара, его универсальности как международного расчетного и платежного средства. Другие капиталистические страны вынуждены были мириться с таким положением ввиду отсутствия иных возможностей мобилизации необходимых долгосрочных ресурсов.

Такой механизм, однако, с самого начала содержал элементы нестабильности, что и не замедлило сказаться сразу же, как только он начал функционировать в полном объеме. В силу присущих этому механизму особенностей окончательное погашение краткосрочных ликвидных обязательств США могло производиться только в золоте, несмотря на то, что этим обязательствам противостояли достаточные и даже большие по масштабам иностранные активы.

Американские активы за границей носили в основном долгосрочный характер и не могли быть немедленно использованы для осуществления соответствующих расчетов. К тому же большая часть этих активов находилась у американских корпораций, банков и частных лиц, что делало их мобилизацию практически невозможной, да и с точки зрения глобальных интересов США крайне нежелательной. Таким образом, получалось, что накопленным ликвидным долларовым активам иностранцев противостоял лишь золотой запас США. Причем, и это вполне естественно, соотношение между имеющимся золотом и ликвидными активами неуклонно понижалось. Если в 1950 г. оно равнялось 2,73, то в 1967 г. - 0,4515.

Осюда основной проблемой как для США, так и для всего капиталистического мира с конца 50-х годов и до полного развала Бреттон-вудской валютной системы стал "дефицит" американского платежного баланса.

Слово "дефицит" не случайно взято в кавычки. В принципе, с бухгалтерской точки зрения платежный баланс всегда находится в равновесии. Поэтому главный вопрос состоит в том, какова его структура, а также какие статьи являются основными, а какие - "балансирующими". Отнесение в эти категории определенных статей и дает представление о реальном положении той или иной страны1 \ Подобное разграничение трансформировалось с течением времени под воздействием изменения значения

отдельных операций, что было обусловлено степенью интернационализации хозяйственной жизни, конкретной ролью различных стран в мировой экономике, а также особенностями валютной системы.

Отмеченная специфика платежного положения США нашла отражение в разработке концепции так называемого платежного баланса на основе "ликвидности", который являлся главным показателем состояния международных расчетов страны с 1958 г. Суть ее состояла в том, что к основным статьям относились платежи по внешней торговле, международные сделки с долго- и краткосрочным капиталом американского государства и частного сектора, а также приток иностранного капитала в долгосрочной форме. Сумма указанных статей из года в год давала устойчивый пассив. Последний покрывался балансирующими статьями - увеличением ликвидных обязательств перед иностранцами, а также продажей золота. Следовательно, актив или дефицит на баве ликвидности определялся изменением золотого запаса США и объема краткосро злых долларовых активов на руках у иностранцев.

Такое построение платежного баланса не служило лишь целям статистики, а отражало реальные экономические процессы. Именно краткосрочные иностранные активы представляли реальную угрозу для золотого запаса США и, следовательно, для положения американской валюты.

Подобное положение воспринималось в США с растущим раздражением.

В этом плане характерна позиция Р. Андерсона, министра финансов США в правительстве Д. Эйзенхауэра, считавшего, что "вряд ли наилучшим использованием нашего золотого резерва является его сокращение, для того чтобы направлять капитал в другие страны"15. В то лв время, несмотря на определенные "издержки1* в виде потери золота, США в 50-60-х годах не могли отказаться от обратимости доллара. Точно так же исключалась и его девальвация, т.е. повышение в американской валюте цены желтого металла. В условиях недостаточной интеграции национальных денежных рынков и рынков капитала, наличия значительных ограничений на совершение международных финансовых операций в большинстве стран, отсутствия разветвленной международной частнобанковской системы подобные акции, скорее всего, могли привести к существенному подрыву, дестабилизации международного платежного механизма, основанного на долларе, падению доверия к американской валюте, к определенному свертыванию с таким трудом организованной системы многосторонних расчетов и платежей, что было бы по своим отрицательным последствиям для США несопоставимо с "бременем" поддержания золото-долларового стандарта.

Основной целью американских властей в подобных условиях стало недопущение истощения золотого запаса и вместе с этим - поддержание обратимости доллара по твердой цене. Для этого прежде всего предусматривалось определенное сокращение прироста ликвидных активов у иностранцев, т.е. сокращение дефицита баланса ликвидности до "управляемого" уровня. Здесь важнейшее значение, как представлялось американскому руководству,имело увеличение актива торгового баланса.

Р. Руза, тогдашний заместитель министра финансов, отмечал, что "мы должны продавать за границу достаточно товаров для того, чтобы покрыть наш импорт, внешние расходы правительства и в то же время сохранить движение капиталов, свободное от контроля... В этом - единственное фундаментальное решение проблемы платежного баланса"16. Мероприятия по сокращению импорта и стимулированию экспорта не привели к заметному улучшению положения. Это неудивительно, так как в основе проблемы лежал экспорт капитала из США, который постоянно превышал актив их торгового баланса.

Отсюда - попытки сдержать отлив финансовых ресурсов за границу. Однако в условиях относительно более успешного экономического развития Западной Европы и Японии, постоянной потребности в новых капиталовложениях объективных стимулов не только к перемещению капиталов назад в США, но и к замедлению их хронического отлива практически не существовало.

В подобной ситуации достигнуть поставленных целей можно было лишь мерами чисто валютной политики.

Комплекс указанных мер сложился в основном в первой половине 60-х годов и действовал вплоть до 1971 г., т.е. до крушения основ послевоенного валютного механизма. Как уже отмечалось, целью этих мер являлось ограничение роста ликвидных активов на руках у иностранцев и одновременно - недопущение их значительной конверсии в золото в американском казначействе. Для решения этой задачи, в частности, в 1961 г. был образован "золотой пул"17. По инициативе Соединенных Штатов также была создана система дву- и многосторонних кредитных соглашений, обеспечивавших возможность получения дополнительных ресурсов для изъятия определенной части американских ликвидных обязательств.

И наконец, в 1969 г. в рамках МВФ была создана новая международная единцца - Специальные права заимствования (СПЗ). Отметим, что в тот период США, по крайней мере на словах, выступали наиболее активными сторонниками подобного подхода к решению проблемы международной ликвидности. Более того, в середине 60-х годов американские специалисты даже выдвигали предложения организации всеобъемлющего механизма межгосударственного кредитования, масштабы которого ограничивались бы только размерами актива (об этом подробнее будет сказано в следующей главе). И напротив, получатели кредита могли рассчитывать на средства, достаточные для полного, практически автоматического покрытия их дефицита. Ратуя за новые источники международной ликвидности, США никогда не рассматривали их как альтернативу доллару. Все перечисленные мероприятия должны были служить одной цели - способствовать продолжению вывоза капитала с наименьшим ущербом для США.

Используя мобилизованные кредитные ресурсы, США на протяжении 60-х годов скупали на валютных рынках определенную часть своих ликвидных обязательств, тем самым несколько ограничивая их приток в резервы дру- 40

гих капиталистических стран. На межгосударственном уровне предпринималась попытка реанимации отжившей системы использования доллара в международном платежном обороте, для чего были приведены в действие дополнительные рычаги международного государственно-монополистического воздействия на валютные рынки. Однако объем последних становился все менее сопоставим с возможностями государственных органов как отдельных капиталистических стран, так и их совокупности противостоять объективным процессам интернационализации хозяйственной жизни. Столь же малоэффективными оказались действия, направленные на увеличение срочности задолженности США18.

Сохранение сложившейся еще в первое послевоенное десятилетие структуры перемещения капиталов, которую не удавалось в сколько-нибудь значительной степени стабилизировать (не говоря уже о том, чтобы изменить) за счет всех описанных мер, оказывало все более отрицательное воздействие на платежное положение США, ограничивало их возможности не только^ во внешнеэкономической, но и внешнеполитической сфере. Пожалуй, здесь одним из наиболее показательных примеров служит отказ конгресса увеличить в начале 1968 г. контингент американских войск во Вьетнаме прежде всего по соображениям платежного баланса.

Учитывая, что причиной подобного положения являлся главным образом отлив капитала в долгосрочной форме, американской администрации не оставалось ничего иного, как пойти на определенное его ограничение. Первым шагом в этом направлении явилось введение в 1963 г. так называемого уравнительного налога на продажу иностранных облигаций (за ив- ключением Канады и Японии) в Нью-Йорке. В дальнейшем эта мера была дополнена сначала добровольными, а впоследствии и обязательными ограничениями на иностранное банковское кредитование, а также на прямые инвестиции за рубежом.

Таким образом, уже в первой половине 60-х годов США вынуждены были частично отказаться от одного из центральных элементов золото-валютного стандарта - отсутствия ограничений на капитальные операции в стране резервной валюты. Введение контроля за экспортом капитала явилось ответом на возросшие противоречия между потребностями в, увеличении перемещения финансовых ресурсов в масштабах мирового капиталистического хозяйства и ограничениями, налагавшимися Бреттон-вудским валютным механизмом. Недостаточное развитие международного частного кредита, слабая интеграция национальных финансовых рынков, отсутствие возможности у буржуазных государств за счет прямого вовлечения в валютные операции содействовать переброске капиталов во всевозрастающих объемах создали серьезные препятствия необходимому увеличению международных финансовых операций в прежних формах, т.е. путем непосредственного взаимодействия отдельных национальных рынков при главенствующей роли США.

В этих условиях произошло определенное обособление международного

финансирования, его частичное отделение от внутренних денежно-кредит-

41

ных систем в результате возникновения и развития рынка евродолларов, который приобрел на время своего рода наднациональный характер. Функционирование этого рынка смогло на определенный период смягчить противоречие между потребностью в дальнейшей интернационализации финансовой сферы и недостаточным развитием необходимых предпосылок для этого внутри отдельных национальных хозяйств. Вместе с тем рынок евродолларов послужил детонатором, благодаря которому произошел развал послевоенной валютной системы. Одновременно он способствовал зарождению нового платежного механизма.

В связи с этим отметим следующее. Как неоднократно отмечалось в советской экономической литературе15, одной из основных причин крушения Вреттон-вудской валютной системы явилось перемещение краткосрочных капиталов, так называемых "горячих денег", из валюты в валюту в ожидании изменения их паритетов. Зарождение подобного явления относится еще к 1961 г., когда первый раз была ревальвирована западногерманская марка. Поистине глобальный характер валютная спекуляция приобрела с конца 60-х годов, когда (после девальвации фунта стерлингов в 1967 г.) основным ее объектом стал доллар. Как известно, "битва" между устаревшим механизмом государственно-монополистического регулирования международных платежных отношений и валютным рынком закончилась в пользу последнего.

Однако часто упускается из вида тот факт, что в ходе этой "битвы" обкатывалось новое валютное устройство, которое уже в такой степени не нуждалось в прямой поддержке со стороны государства. Его основой по-прежнему оставался доллар. Речь здесь идет о развитии международных финансовых операций частных банков, которые все теснее сплачивали отдельные национальные рынки. К концу 60-х - началу 70-х годов жесткая регламентация подобных операций перестала быть необходимой.

В то же время подобные операции частного сектора проводились в основном в долларе, природа которого как национальной валюты в значительной степени изменилась (об этом в дальнейшем будет сказано подробнее).

Уже с начала 60-х годов, по мере нарастания трудностей, связанных с платежным балансом, в США начал активно обсуждаться вопрос самой необходимости многочисленных "жертв", связанных с поддержанием системы Бреттон-Вудса. Наиболее распространенная точка зрения сводилась к тому, что США в значительно меньшей степени, чем другие государства, зависят от внешнеэкономической сферы и поэтому мероприятия экономической политики должны полностью концентрироваться на оптимизации внутрихозяйственного развития. Состояние же американского платежного баланса - это проблема иностранцев. Последние должны предпринимать меры для того, чтобы добиться желаемого состояния расчетов с США.

Так, по мнению профессора йельского университета Дж. Тобина, который был членом Совета экономических консультантов при президенте Дж. Кеннеди, "то основное, что может быть сделано для выправления нашего платежного дефицита, должно быть сделано кем угодно, но только не нами"20. Иначе говоря, необходим поворот к "пассивной" валютной политике.

Начало практической реализации такого курса можно отнести к 1968 г., когда в результате прекращения операций "золотого пула" и введения "двухъярусного" рынка золота США, если не формально, то фактически полностью прекратили обмен золота на доллары. В результате они избавились от главного, как тогда казалось, фактора, который ограничивал свободу действий в валютных вопросах.

Такое, казалось бы, безответственное отношение к собственной валюте объяснялось отнюдь не близорукостью американской буржуазии. Подобный подход основывался на уверенности в невозможности вытеснения доллара из международного платежного оборота уже независимо от наличия или отсутствия его прямой связи с золотом, а также независимо от сохранения жесткой сетки паритетов основных капиталистических валют.

Наиболее явно такое отношение к валютным вопросам проявилось после прихода в Белый дом администрации Р. Никсона. В этот период начала существенно меняться структура международных расчетов США. Их торговый баланс сводился все с меньшим активом, а в 1971 г. впервые в нынешнем столетии был зарегистрирован его дефицит. Отлив же капиталов продолжался в прежних масштабах. Однако теперь он лишился той твердой основы, которую представляло собой превышение экспорта над импортом в первые 20 послевоенных лет, и осуществлялся почти полностью за счет трансформации сбережений иностранцев. К тому же подобная трансформация хоть и частично, но все же сдерживалась ограничениями на перемещение капиталов, что шло вразрез с интересами американской буржуазии. Определенное изменение претерпел и рынок евровалют, который хотя и был основан на долларе, но в то же время все более выходил из-под контроля США.

В таких обстоятельствах США пошли на осуществление крупномасштабной односторонней акции в целях кардинального изменения своего внешнеэкономического положения. 15 августа 1971 г. было объявлено о введении комплекса мер, предусматривавших во внешнеэкономической области прежде всего официальный отказ от обратимости доллара в золото для государственных учреждений. Капиталистический мир был поставлен перед фактом существования чисто долларового стандарта, ибо замены американской валюте просто не было.

Логическим следствием такого шага явился отказ от принципа фиксированных паритетов и переход к плавающим валютным курсам, что остается и по сей день основой валютных взаимоотношений в капиталистическом мире. Переход ко всеобщему "плаванию" во многом по-новоцу поставил проблему движения капиталов. Не останавливаясь подробно на этом вопросе, только подчеркнем, что у США появилась возможность отменить контроль за международным перемещением финансовых ресурсов. Уже в январе 1974 г., т.е. менее чем через год после окончательного отказа от системы фиксированных паритетов, было покончено практически со всеми подобными ограничениями. Тем самым США добились возможности продолжать использовать привилегированное положение своей валюты без ограничений, налагавшихся послевоенным платежным механизмом. Однако одновременно они столкнулись с новыми проблемами.

<< | >>
Источник: Горбунов С.В.. США в международной валютно-финансовой системе. - М.: Наука,1989. - 141 С.. 1989

Еще по теме США И КАПИТАЛИСТИЧЕСКОЕ ВАЛЮТНОЕ УСТРОЙСТВО: ПРОТИВОРЕЧИЯ ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗАЦИИ:

- Антимонопольное право - Бюджетна система України - Бюджетная система РФ - ВЭД РФ - Господарче право України - Государственное регулирование экономики России - Державне регулювання економіки в Україні - ЗЕД України - Инвестиции - Инновации - Инфляция - Информатика для экономистов - История экономики - История экономических учений - Коммерческая деятельность предприятия - Контроль и ревизия в России - Контроль і ревізія в Україні - Логистика - Макроэкономика - Математические методы в экономике - Международная экономика - Микроэкономика - Мировая экономика - Муніципальне та державне управління в Україні - Налоги и налогообложение - Организация производства - Основы экономики - Отраслевая экономика - Политическая экономия - Региональная экономика России - Стандартизация и управление качеством продукции - Страховая деятельность - Теория управления экономическими системами - Товароведение - Управление инновациями - Философия экономики - Ценообразование - Эконометрика - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика отрасли - Экономика предприятий - Экономика природопользования - Экономика регионов - Экономика труда - Экономическая география - Экономическая история - Экономическая статистика - Экономическая теория - Экономический анализ -