<<
>>

4.2. Национальные модели смешанной экономики конца XX в. как рождение новой реальности

В последней четверти XX в. ситуация в мире изменилась. Начался кризис всех моделей смешанной экономики. В качестве его причин выступили: возникновение современного предприятия, формирование «общества благосостояния», появление ТНК, профсоюзы и быстрый рост бюрократии.

«Статическая концепция» оптимального размера предприятия, являющаяся основой неоклассической теории, превратилась в динамическую.

Появились новые крупные предприятия, которые значительно усилили свои монополистические позиции. Это позволило им уменьшить риски и обеспечить эффективное принятие инвестиционных решений. Проводимая крупными компаниями посредством рекламы и дифференциации продукции практика создания запросов» лишила потребителя «звания короля рынка».

Наряду с этим происходила трансформация рынка капиталов в массовый рынок. Одним из его участников становится зажиточный средний класс. Его представители выступают в качестве институциональных инвесторов, роль которых на рынке капиталов становится доминирующей. У них была разработана собственная стратегия инвестирования предприятий, направленная на получение быстрой и высокой прибыли. Долгосрочное инвестирование они при этом исключали.

Вместе с тем на уровне крупных предприятий наблюдается стремление к широкому участию в их управлении. Этому во многом способствовала демократизация образования, которая значительно расширила круг технических специалистов. В их среде сформировалось мощное движение за демократизацию управленческих решений на уровне предприятий. В результате этого монополия власти функционирующих технократов и управляющих была значительно ослаблена.

«Общество благосостояния», являющееся результатом экономического роста, создало возможности для расширения сферы услуг и роста количества мелких фирм, занятых их реализацией. Наряду с этим быстро развивались средства массовых коммуникаций.

Они позволили публично выявить различные злоупотребления и побуждали правительства к действиям.

Появившиеся ТНК динамично интегрировались в мировую экономику. Контроль за их деятельностью со стороны правительств был ослаблен, поскольку они могли их контролировать только на своей территории. Общая стратегия инвестирования таких компаний и их важные решения оставались же вне контроля со стороны правительств. Причем влияние ТНК в развивающихся странах были значительными и иногда подавляли национальные правительства. Постепенно ТНК превратились в реальную угрозу для традиционной рыночной экономики.

В качестве нарушителя равновесия на рынке выступают и профсоюзы, которые заняли на рынке труда монополистические и олигополистические позиции. Будучи официальными представителями наемных работников и отстаивая их интересы, профсоюзы заняли важное место в экономической, социальной и политической жизни западных стран. Как правило, они добивались повышения зарплаты и улучшения условий труда работников, обеспечивая тем самым рост реальных доходов трудящихся. Такой результат сотрудничества между различными социальными сторонами общества приводил к нарушению нормального развития рынка труда.

В качестве нарушителя равновесия на рынке выступало и само правительство. Проведение национализации, создание общественных служб и органов планирования привело к быстрому росту бюрократов. Сформировавшаяся таким образом армия чиновников потребовала для своего содержания значительных денежных средств и создала трудности в финансировании экономики.

Однако кризис смешанной экономики не уничтожил конкурентный рынок: он приобрел новые модификации. Но при них «невидимая рука» уже не могла автоматически устанавливать равновесие.

В связи с этим в западных странах происходит переориентация их экономик и рождение новой реальности.

В странах, где функционировал неоэтатистский вариант смешанной экономики, интерес к экономическому планированию угасал, а к денационализации и управлению государственными предприятиями по принципу частных предприятий возрастал.

Для них все более привлекательной становилась модель централизованного согласия смешанной экономики.

Во Франции, к примеру, сфера действия Комиссариата планирования вследствие растущей интернационализации всей экономической жизни и вступления страны в ЕЭС была ограничена. В период стабилизационной политики во времена Р. Барра Комиссариат планирования был отодвинут на второй план. В связи с экономическим кризисом правительство ввело социальные аспекты стабилизации. Однако правительственная социальная политика потерпела крах, поскольку профсоюзы покинули государственные органы планирования. Постепенно Комиссариат планирования превратился в группу технократов, выступающих с различными предложениями в области социальной сферы и инфраструктуры.

В Великобритании во времена Дж. Брауна был разработан долгосрочный план, который предусматривал ежегодные темпы роста в 4%.Однако он не был выполнен. Затем от долговременного планирования отказались «ради поддержки равновесия в международном измерении» и защиты позиции фунта стерлингов на мировом финансовом рынке.

В период правления М. Тэтчер политика государства была ориентирована на рынок. Основу правительственной политики составили денационализация, сокращение прямого налогообложения, увеличение косвенных налогов, резкое сокращение государственных расходов и монетарная политика, базирующаяся на идеях М. Фридмена. Главной задачей правительства стало восстановление рыночного механизма.

В Италии, где «взрывной» рост зарплаты привел к проблеме платежного баланса, постоянно возникали кризисы. Повышение зарплаты могли выдержать только крупные предприятия. Они стали навязывать правительству свою стратегию долгосрочного планирования. Вследствие этого сфера действия органов государственного планирования была значительно ограничена.

В Японии, где долгосрочное планирование было сначала ориентировано на экспортный потенциал, добились успехов в обеспечении экономического роста. Однако вследствие ухудшения общемировой экономической конъюнктуры появились трудности, связанные с платежным балансом и инфляцией.

Проблема была решена двумя способами. Во-первых, японские компании добились успехов за счет концентрации и интернационализации производства. Во-вторых, были созданы условия для доступа иностранного капитала в страну. Сначала было разрешено его участие в пропорции 50/50, а затем число предприятий для иностранного капитала было расширено. В результате в Японии, как и в других странах неоэтатистской ориентации, интерес к долгосрочному планированию и государственному регулированию упал.

В странах, ориентированных на неолиберальную модель, прослеживались аналогичные тенденции.

В частности, в США в период правления Р. Рейгана была разработана экономическая стратегия, основными направлениями которой стали налоговая реформа и изменение политики Федеральной резервной системы (ФРС). При проведении налоговой реформы правительство США было ориентировано на установление социальной стабильности и сохранения своих позиций на международном уровне. Налоговая реформа, проводимая в два этапа, предусматривала, во-первых, снижение налогов на личные доходы; во-вторых, повышение косвенных налогов. С первого июля 1981 г. налоги на личные доходы были значительно снижены (с 70,5% до 50% [6, с.211]). Наряду с этим были сокращены налоги на прибыли промышленных компаний. Вместе с тем ставки различных видов косвенных налогов были значительно повышены, в том числе и на социальное страхование, ставка на который в течение 1983-1988 годов пересматривалась четыре раза. В результате совокупные налоговые поступления в федеральный бюджет выросли с 1980 по 1988 годы на 76%, в том числе и на социальное страхование - на 112% [6,с. 211].

Изменение политики ФРС было обусловлено решением проблем с инфляцией и привлечением в экономику дополнительных средств. В начале 1981 г. руководство ФРС увеличило уровень базовой процентной ставки на 600 пунктов и удерживало ее, несмотря на ухудшение общей экономической конъюнктуры в период 1981-1982 г.. Стратегия правительства, направленная на ликвидацию малоэффективных производств и обеспечение условий выживания сильнейших, породила безработицу, уровень которой в сентябре 1982 г. составил 10,2%, т.е. увеличился на треть по сравнению с моментом прихода к власти новой администрации. Однако инфляция снизилась с 9% до 4,5% в годовом исчислении [6,с. 212].

Вместе с тем радикальное снижение налогов и резкое уменьшение инфляционных ожиданий были решены за счет роста дефицита бюджета, который в 1983 г. составил 208 млрд.долл., а в 1985 г. - 212 млрд.долл. [6,с.212]. Более того, число американцев, живущих ниже черты бедности, увеличилось, а множество неэффективных предприятий разорилось.

К положительным чертам рейганомики относят, прежде всего, рост производственных инвестиций. В период первого срока пребывания Р.Рейгана на посту президента инвестиции в основные фонды, в среднем, возрастали на 3% в год (в период правления Дж. Картера -1,3%) [6, с.214]. Возросли и иностранные инвестиции.

Наряду с этим осуществляется стремительный рост производительности труда в американской промышленности. В несельскохозяйственном секторе рост производительности труда в период правления Дж. Картера составлял лишь 0,2%, в период пребывания Р. Рейгана - 1,2% в год, в обрабатывающей промышленности, соответственно, 1% и 3,6% [6, с.215].

Вместе с тем прослеживается тенденция к деиндустриализации американской экономики. С 1975 г. по 1990 годы доля занятых в промышленности сократилась с 25% до 18% рабочей силы [6,с. 216]. Если раньше деиндустриализация считалась «признаком экономического спада», то теперь она стала «естественным следствием экономического прогресса». Более того, большинство высоких технологий, использовавшихся раньше в оборонной промышленности, воплотилось в продукты, которые были предложены на рынок.

В качестве отрицательных сторон рейганомики выступили запоздалая структурная перестройка, ослабление позиций американских компаний на международном уровне, ухудшение условий торговли на мировом рынке. В частности, объем потребления импортных товаров в США по отношению к общему потреблению возрос, а объем экспортных американских товаров за границу по отношению к общему объему производства соответственно сократился» по всем без исключения товарным позициям» [6,с.222].

В ФРГ инфляция 70-х годов XX в. поставила под сомнение политику согласия. Боязнь стать «заложниками» политики ограничения зарплаты вынудила профсоюзы отказаться от участия в ней. В связи с этим главное внимание правительства было сосредоточено на борьбе с инфляцией. Постепенно экономическая политика приобретает монетаристский характер, полномочия Бундестага значительно расширяются. Его политика предусматривала сдерживание годового роста денежной массы. Иногда она не соответствовала интересам правительственной политики. Постепенно экономическое планирование и государственное планирование в деятельности правительства становятся второстепенными.

Сильные потрясения в экономике испытали и малые государства, реализующие модель централизованного согласия.

В Швеции, являющейся сначала образцом для всего мира, проблемы возникли по поводу ведения переговоров по вопросу определения величины зарплаты на национальном уровне. В качестве одной из отрицательных сторон была бюрократизация профсоюзов. Сами работники, по существу, были исключены из процесса переговоров. Их вела элита профсоюзов.

Ухудшение конъюнктуры 70-х годов XX в. породило новые проблемы. Одной из них стала инфляция, которая привела к снижению жизненного уровня населения. До этого времени Швеция занимала первое место в мире в области социального благосостояния, что было достигнуто за счет высоких налогов. Борьба с инфляцией, которая никогда не представляла проблему для правительства, превратилась в предмет его особого внимания. В качестве другой проблемы выступили жесткие меры со стороны предпринимателей, вызванные повышением цен на нефть. К тому же позиции Швеции на мировом рынке были значительно ослаблены. В результате Швеция постепенно отходит от принципа долгосрочного планирования и начинает заниматься вопросами монетарной политики.

Впоследствии оказалось, что американский кризис охватил и другие западные страны, а тенденции развития экономики США были присущи и им. Среди них определяющими тенденциями стали:

Отказ от «искусственного поддержания относительно высокого жизненного уровня наименее обеспеченных слоев населения. Вследствие этого произошло резкое имущественное неравенство.

Потеря своих ведущих позиций средним классом, считавшим себя ранее обеспеченной частью общества.

Низший слой общества пополнил свои ряды за счет людей, потерявших работу, и работающих неполный рабочий день.

В результате сложившейся ситуации объектом пристального внимания правительств западных стран становятся проблемы бедности и имущественного неравенства, которые они не в состоянии пока решить.

В современный период национальные модели смешанной экономики принято рассматривать на уровне индустриальных стран, государств с транзитивной экономикой и развивающихся стран.

Подходы к определению практических моделей смешанной экономики на уровне индустриальных стран весьма неоднозначны. Так, по мнению М. Альбера, следует выделять такие две модели, как неоамериканская и рейнская [6, с. 114-115]. Им присущи три вида благ: нерыночные, смешанные и рыночные (схема 9). Однако их сочетание в двух моделях складывается по-разному. Так, в неоамериканской модели приоритетными являются рыночные блага (в данном случае - это предприятия, зарплаты, жилье, городской транспорт, СМИ, образование и здравоохранение), смешанные блага в этой модели являются менее значимыми. Ими могут стать религия, СМИ, образование и здравоохранение. Религия, в частности, в США все в большей степени управляется через смешанные институты, использующие различные методы рекламы через СМИ и маркетинг. Нерыночные блага в неоамериканской модели являются второстепенными и они включают только образование и здравоохранение. В рейнской модели приоритетными становятся смешанные блага, в том числе: предприятия, зарплаты, жилье, городской транспорт, СМИ, образование и здравоохранение. Нерыночные блага при такой модели являются менее значимыми и включают религии, жилье, городской транспорт, СМИ, образование и здравоохранение. Причем религии в Германии все в большей степени функционируют как нерыночные учреждения. Жалованье кюре и пасторы получают как чиновники из бюджета. Рыночные блага выступают в качестве второстепенных благ. К ним относятся жилье, образование и здравоохранение.

Схема 9

Место рынка в неоамериканской и рейнской моделях

а. Место рынка в неоамериканской модели

б. Место рынка в рейнской модели

Наряду с этим исследователи выделяют и такие современные модели, как американская, германская, японская и шведская.

В частности, современная американская модель смешанной экономики представляет собой либеральную рыночную модель, где приоритетными являются частная собственность, рыночно-конкурентные механизмы и высокий уровень социальной дифференциации населения. Для современной модели смешанной экономики в США характерны следующие изменения:

Значительный рост информационного сектора. Так, в 1998 г. в США 37% всех рабочих мест в их экономике обеспечивалось за счет его развития [6, с.513].

Усиление неравенства населения, которое становится все более сложным. Однако оно происходит наряду с резко возросшим жизненным уровнем населения. К примеру, в начале 90-х годов XX в. в США 96% семей имели цветной телевизор, 79% -микроволновую печь, 67 млн. семей – видеомагнитофон, 55 млн. - пользовались кабельным телевидением, 76 млн. человек ежедневно пользовались в своей основной деятельности компьютером [6,с. 514].Средняя продолжительность рабочей недели в США снизилась с 37,1 часа в 1970 г. до 34,3% в 1990 г., а продолжительность оплачиваемого отпуска возросла с 15,5 до 22,5 рабочих дня [6, с.514].

Однако с позиции распределения денежного дохода экономическая ситуация в США напоминала положение в странах «третьего мира». По данным ОЭСР, в 1995 г. уровень разрыва в доходах между низшими и высшими 20% граждан в США был самым высоким среди развитых стран. Политика правительства США, предпринимающего значительные усилия по субсидированию малоимущих слоев населения (в частности, программы «Медикэр» и «Медикэйд»), ощутимых результатов не дала. К тому основная масса налогов до сих пор выплачивается представителями средних слоев населения. В результате изменения налогообложения на социальное страхование семья с доходом в 37,8 тыс.долл. платит налог в 7,65%; с доходом превышающим его в 10 раз - 1,46%; в 100 раз - всего 0,1% [6,с.515]. Нарастание неравенства населения в США отражает тенденцию нового классового расслоения общества, т.е. появление в его структуре двух полюсов. С одной стороны, возникает высший класс (20% от всего общества), с другой стороны, все остальное общество (80%).

Возрастание проблем, связанных с занятостью населения. Уровень участия рабочей силы в США составляет 77,5%, в Великобритании - 74%.в Германии - 69%, в Италии - 59%, т.е. выше, чем в других индустриальных странах [6,с.521]. Наряду с этим снизилась и безработица. Однако возникают и серьезные проблемы, масштаб которых будет возрастать. Одна из них связана с тем, что значительная часть американских рабочих выполняет неквалифицированную работу. Ее могли бы выполнять различные механизмы и автоматы, но вследствие дешевизны неквалифицированной рабочей силы этого не происходит. В эту армию работников входит до 13,5 млн. человек (т.е. 10% трудоспособного населения), из них - 4,5 млн. человек занято неполным рабочим днем. Они в любое время могут пополнить ряды безработных [6,с.521]. Другая проблема порождена сокращением управленческих, конторских и административных функций в связи с созданием «поступравленческой» корпорации. В результате этого армия безработных пополняется за счет бывших менеджеров и администраторов. Такие тенденции могут привести к росту безработицы до 25% [6,с.522]. Третья проблема связана с частичной занятостью, которая приобретает наиболее острый характер. Дело в том, что в последние годы среди новых рабочих мест до 28% являются временными. Если в 1979 г. число лиц, занятых наполовину или используемых на контрактных условиях, составляло 16,1%, то в 1996 г. - 22,1% рабочей силы [6,с.523]. К тому же доля занятых полный рабочий день сократилась с 76,7% до 65,2% [6,с.523]. Появились даже компании по подбору персонала и предоставлению временной работы, в частности, корпорация «Мэнпауэр», насчитывающая 600 тыс. человек. Такая тенденция обусловлена «неустойчивой» экономикой, что становится одной из черт современного индустриального общества.

Современная модель смешанной экономики в Германии представляет собой социальное рыночное хозяйство, где рыночные принципы сочетаются с функционированием многослойной институциональной структуры субъектов социальной политики, призванной смягчить их жесткость или элиминировать их недостатки. В связи с этим важнейшей задачей правительства становится обеспечение баланса между рыночной эффективностью и социальной справедливостью.

В основе рыночной эффективности лежат принципы конкурентной политики, среди них, принцип «оптимальной интенсивности» конкуренции. Он предполагает «широкую» олигополию с умеренной индивидуализацией продукции. Основные принципы конкурентной политики отражены в конкурентном праве, которое все в большей степени ориентируется на европейское. Особое внимание в нем уделяется защите качества конкуренции. В процессе конкурентной борьбы могут быть использованы только те средства, которые обеспечивают эффективность процесса и делового общения. В случае нарушения общепринятых этических норм предусматривается возмещение ущерба. Наряду с этим товарные знаки и марки защищены правовыми нормами и приняты ограничения во времени для патентов (20 лет).

Эффективность рынка в Германии определяют по его соответствию интересам потребителя (т.е. суверенитета потребителя). Во избежание стать «забытым социальным партнером» на уровне правительства постоянно принимаются меры по элиминированию «навязчивой» рекламы и недостаточной прозрачности рынка. Однако эффективная конкуренция предусматривает ответственность, инициативу и активность каждого человека в обеспечении своего существования по принципу «все, что человек в состоянии сделать сам, не должно выполнять за него общество» (так называемый принцип дополнительности).

В социальной политике германского правительства предусматривается справедливость, социальная защита и социальный мир. Социальная справедливость предполагает справедливое распределение произведенных благ среди всех членов общества. Она призвана сглаживать неравномерность в первичном распределении доходов. Государство в этом случае гарантирует определенный уровень жизни каждому гражданину своей страны. Социальная защита охватывает мероприятия ,которые предохраняют население от различных жизненных рисков (страхование на случай болезни, несчастных случаев, выплата пенсий и пособий по безработице и др.), т.е. государство берет на себя ответственность за условия существования каждого члена общества. Социальный мир предусматривает социальное согласие на уровне всех социальных групп.

В связи с обеспечением сочетания рыночной эффективности и социальной справедливости правительство осуществляет активную государственную политику. Несмотря на это, в экономике Германии появились тенденции, аналогичные американским. В частности, в стране возникли проблемы, связанные с занятостью населения. Уровень безработицы в Германии составил 10,8% от трудоспособного населения [6, с.520], т.е. значительно выше американского. Все более острой становится проблема частичной занятости. Временные работники в совокупной рабочей силе страны составляют 16,3% [6, с.523]. Это меньше, чем в США, но больше, чем во Франции. Особенно эта тенденция прослеживается среди женщин и молодежи. Вместе с тем Германии присуща и тенденция к формированию новой двухполярной социальной структуры общества, что порождает в стране новые проблемы.

Японская модель смешанной экономики представляет собой модель регулируемого корпоративного капитализма, в которой благоприятные возможности накопления капитала сочетаются с активной государственной политикой и особым социальным значением корпоративного начала экономики Японии 90-х годов ХХ в. были присущи проблемы, связанные с потерей индекса конкурентоспособности; с организацией новой волны экспортной экспансии в Азии; с последствиями азиатского финансового кризиса; с темпами экономического роста. Свою первую позицию в индексе конкурентоспособности. Япония потеряла еще в 1991 г. В последующие годы положение ухудшилось: в 1995 г. - пятая позиция, в 1997 г.- десятая, в 1998 г. -восемнадцатая позиция. Причем в 1998 г. Япония пропустила вперед не только индустриальные страны, но и Тайвань, Австралию и Новую Зеландию. Такая ситуация была обусловлена политикой дешевого доллара, проводимая США, желающими расширить «свою собственную экспортную экспансию». Американские корпорации значительно усилили свое присутствие на внутреннем рынке Японии, увеличив объемы своего экспорта с 27 до 65 млрд.долл./6,с.328/. В результате этого началась волна массовых банкротств японских предприятий: с 1991 г.по 1996 г.закрылось почти 110 тыс. фирм /6,с.328/. Попытки правительства повысить спрос на отечественном рынке потерпели неудачу, хотя общая сумма экстренных мер составила весьма значительную сумму - 800 млрд. долл. /1992-1997 годы/. Новая акция правительства в 1998 г., направленная на развитие потребительского рынка / было выделено 123 млрд.долл./желаемых результатов не дала. Одновременно с этим волна банкротств породила проблему безработицы. Ее уровень ежегодно/ в период 1992-1998 годы/ составлял 10% / 6,с.329/.Такой доли безработных в стране не наблюдалось за все послевоенные годы.

Начавшаяся новая волна экспортной экспансии в Азии привела к тому, что уже в 1991 г. объем экспорта японских товаров и услуг в Юго-Восточную Азию составил 96 млрд.долл., т.е. превзошел экспорт в США / 6,с.330/. Японские компании «Сони», «Мацусита» и «Саньо» увеличили долю своих продаж в Юго-Восточной Азии с 5-6% до 20% /6,с.330/. Особое значение приобрели прямые инвестиции в экономику данного региона. В результате этого японские компании в Таиланде, Малайзии и Индонезии обеспечили работой до 7% всего трудоспособного населения этих стран /6,с,331/ .Возросло и число филиалов, создаваемых японскими банками в ЮВА / с 83 до 161/ /6,с.331/. Осуществляя экспортную экспансию, японское правительство, однако, во-первых, не учло, что азиатские страны полностью повторили японскую модель вместе с ее недостатками; во-вторых, недооценило важность финансовых проблем в самой Японии; в-третьих, преувеличило свои возможности контроля над экономикой азиатских стран. Финансовые проблемы в Японии возникли еще в начале 90-хгодов ХХ в. Однако азиатский финансовый кризис оказался для нее наиболее разрушительным. Оценки проблемных долгов в стране весьма различны. В частности, по мнению К.Омае, они «составили триллиона долл. и в шесть раз превышали все доходные статьи государственного бюджета» /б,с.335/. В течение 1998 г. японское правительство пыталось реформировать финансовые институты и систему государственного управления. Однако качественных изменений в стране не произошло. Япония по-прежнему проявляет приверженность однажды выбранной индустриальной модели.

Применительно к японской модели «догоняющего» развития обычно делают следующие выводы. Первый. Быстрый рост хозяйственного прогресса индустриального типа не является условием, достаточным для становления « саморегулирующейся» системы. Второй. Искуственное стимулирование « догоняющего» развития неизбежно сопровождается дополнительными инвестициями в экономику. Третий. В мировой экономике может доминировать только та страна, которая располагает мощным источником технологических инноваций и имеет положительное сальдо в торговле с остальным миром патентами и изобретениями. Четвертый. Перспективы развития Японии сегодня оценивают как «безрадостные не только на фоне развитых стран, но и в сравнении с азиатскими тиграми» (6,с.342). С одной стороны, сохраняя приверженность к индустриальной модели, Япония в состоянии конкурировать со странами ЮВА, как более развитая страна; с другой стороны, с постиндустриальными странами она не обеспечивает положительного баланса в торговле технологиями и средствами их производства (6,с.342).

Для решения самых насущных проблем Японии потребуется не менее десяти лет. За этот период времени Китай обеспечит себе доминирующее положение в регионе. Он располагает для этого всеми необходимыми условиями, во-первых, огромными людскими ресурсами; во-вторых, значительным инвестиционным потенциалом за счет «внутреннего недопотребления». К тому же страны Зап.Европы будут меньше заинтересованы в поставках из Японии, поскольку они используют свои новые возможности для производства высококачественных и дешевых товаров в восточной части континента.

Что касается современной шведской модели, то она представляет собой социал-демократическую модель , где государству предоставляются огромные полномочия по регулированию социально-экономической жизни. Эта одна из разновидностей так называемого «скандинавского социализма». Однако в современное время на практике концептуальные различия между странами с социально-рыночной экономикой и «скандинавским социализмом» стираются, т.е. прослеживается их конвергенция.

На уровне стран с транзитивной экономикой (иначе переходной) осуществляется поливариантный подход, поскольку предоставляется широкий выбор различных моделей. В любой из выбранной разновидности модели переходной экономики происходит три следующих процесса. Во-первых, постепенное отмирание основ старого общества /«мутантного социализма», экономики дефицита и т.п./, во-вторых, формирование принципов современной рыночной экономики, в-третьих, социализация и гуманизация общественно-экономической жизни. В результате наряду с трансформацией «мутантного социализма» в современную систему рыночной экономики формируются элементы качественно нового общества. На его первом этапе создается « экономика для человека», на втором - складываются условия для перехода в постиндустриальное общество.

По поводу типологии моделей стран с транзитивной экономикой, их названий и реализации единства мнений в экономической литературе не наблюдается. Одни исследователи / их большинство/разделяют модели исключительно «по признаку скорости /радикальности/ мер по либерализации экономики. Однако такой подход имеет ограниченный характер, поскольку он ориентирует страны с транзитивной экономикой на одну модель с качественно различными модификациями трансформации. Другие исследователи считают, что необходимо «обобщенная систематизация базовых моделей» по ее признакам, отражающим важнейшие закономерности перехода к самым различным моделям. В этом случае предусматривается их многомерный характер и поливариантный подход. Такую позицию разделяют А.Бузгалин и А.Колганов, предложившие следующую типологизацию моделей стран с транзитивной экономикой 13,с.3231:

В соответствии с этим выделяют:

1.Модель корпоративно-рыночного реформирования «мутантного социализма».

2.Государственно-корпоративную модель буржуазной трансформации.

З.Либерально-корпоративную модель буржуазной трансформации.

4.Модель социально-демократических преобразований.

5.Романтическую «модель демократических социалистических преобразований.

Из этих моделей практически воплощены модель корпоративно-

рыночного реформирования «мутантного социализма», государственно-корпоративная модель буржуазной трансформации и либерально-корпоративная модель буржуазной трансформации. Исторически первой возникла модель корпоративно-рыночного реформирования «мутантного социализма. Ее первые идеи были осуществлены еще в 70-х годах ХХ в. в Югославии и Венгрии. При ней происходит самореформирование прежней системы при относительной слабости рыночных отношений и тенденции социализации. Такой модели присущи:

Во-первых, постепенные качественные изменения, ограниченные определенным сектором экономики.

Во-вторых, централизованный бюрократический контроль государства над рыночным саморегулированием и локальным монополистическим регулированием.

В-третьих, сочетание государственной собственности с мелкой частной.

В-четвертых, патерналистская модель социальной защиты. Примером успешного функционирования такой модели является реформирование прежней системы в Китае и во Вьетнаме, где на протяжении всего периода рыночных преобразований осуществляется быстрый и устойчивый рост. В частности, в Китае темп прироста ВВП в 1990 г. составил 3,8%/ к предшествующему году/, а в 1995 г. – уже 9,3% /13,с.197/. В Китае, где реформирование экономики началось еще в 80-ые годы ХХ в., не наблюдалось резких скачков и в инфляции, хотя ей в разные годы были присущи тенденции, как к повышению, так и к снижению. Уровень безработицы в Китае колеблется от 3,5% /1991 г./до 4,7%~1994 г ./З,с.206/.

Государственно-корпоративная модель буржуазной трансформации предусматривает, прежде всего, разрушение прежней системы и формирование рыночных отношений. Либерализация при этом развивается в корпоративно-монополистической форме. В соответствии с этим ее приоритетами становятся. Первый. Переход от центральных государственных структур к отдельным получастным корпорациям. Второй. Локальный монополистический контроль в распределении ресурсов. Третий. Корпоративно-капиталистическая собственность на средства производства. Четвертый. Развитие корпоративной конкуренции. Пятый. Незначительная роль государства и слабость институциональной системы.

Либерально-корпоративная модель буржуазной трансформации представляет собой, по существу, разновидность буржуазно-корпоративной эволюции, но с особенностями. Во-первых, рыночные механизмы саморегуляции находятся под государственным и корпоративным контролем, но их роль ослаблена. Во-вторых, собственность все в большей степени концентрируется в руках отдельных частных корпораций и предпринимателей. В-третьих, социальные ориентиры на патерналистскую модель.

В качестве ее разновидностей выступают «бархатная революция» и « реформы в ежовых рукавицах». Их наличие обусловлено различиями в методах реформирования. «Бархатная революция « в большей степени ориентирована на социальное рыночное хозяйство. Доминирующей собственностью в ней является корпоративно-капиталистическая. Однако предусматривается и приватизация, которая расширяет число собственников среди населения. Вместе с этим в рамках данной модели реализуется и общецивилизационная тенденция гуманизации и социализации экономической жизни. Она осуществляется при приоритетности корпораций. «Реформы в ежовых рукавицах» предусматривают быстрый переход к либерально-буржуазным отношениям, основанных на более жестких методах. В качестве их приоритетов выступают. Первый. Стремление любой ценой /экономической и социальной/ обеспечить быстрое административное разрушение прежней системы, превратив государственный контроль в один из видов локального. Второй. »Одномоментное» и одновременное внедрение рыночной модели, которая выступает как самоцель. Третий. Ускоренная передача государственной собственности в руки частных лиц, имеющих капиталы или административную власть. Четвертый. Частная собственность по своему характеру является корпоративно-номенклатурной.

В реальной действительности Россия, Болгария, Украина и большинство других стран социалистической ориентации реализуют модель «реформы в ежовых рукавицах» с ориентацией в будущем на государственно-корпоративную модель буржуазной трансформации. Для Китая на рубеже ХХ в. присущ переход от корпоративно-рыночного реформирования прежней системы к государственно-корпоративной модели буржуазной трансформации. Вместе с тем некоторые страны, в частности, Чехия и Венгрия реализовали модель « бархатной революции».

Средний годовой темп роста ВВП в 1980-1990 годы в Венгрии составил 1,6% и в Чехии – 1,7%; в 1990-1995 годы, соответственно, -1,1% и - -2,6%; в Болгарии в эти периоды – 4% и – 4,3%; на Украине – падение было наибольшим и составило 14,3% /13/. Таким образом, в странах, осуществляющих модель «реформы в ежовых рукавицах» наблюдается наибольшее снижение темпов роста ВВП. В некоторых из них складывается и наименьший ВНП на душу населения. Если в Чехии в 1995 г. он составлял 3 870 долл., в Венгрии – 4 120 долл., то на Украине лишь 1 б30 долл. Однако в Болгарии он находится на уровне, присущем Венгрии. (3.с.197,201,206).

По мнению М.Кастельса, страны с транзитивной экономикой могли бы достичь своего скромного образа жизни только к 2000 г. [777, с.144]. Его прогнозы оказались неутешительными.

Что касается России, то, по его мнению, ей присущи следующие тенденции.

Первая. Ухудшение экономической ситуации, которое может протянуться далеко в ХХI в. [7, с.144]. Материальное производство в стране упало между 1989 и 1993 годами на 63%.Снижение было характерным и для инвестиций. Так, в 1992 г. их общая сумма уменьшилась на 40%, в 1993 г. – на 16% [7,с.145]. Спад наблюдался в промышленности, сельском хозяйстве и в строительстве (рис.8/. ВПК был практически разрушен. Научные и технологические институты пришли в упадок. Транспортная инфраструктура нуждалась в новом оборудовании. Российский внешний долг в 1993 г. составлял 64% ВВП страны и 262% ее годового экспорта [7, с.147].

Рис. 8. Изменения объема промышленного производства в России с 1986г. по вторую половину 1994г. (приблизительный масштаб)

Вторая. Первоначальное накопление капитала в гигантских размерах классом аппаратчиков, стремящимся стать полноправным партнером в мировой экономике. Причем формирующаяся новая деловая элита в немалой степени связана с различными «криминальными экономическими сетями». Доход криминального бизнеса в 1992 г. в России составлял 14,5% ВВП страны. Впоследствии эта доля возросла. В результате в стране сложилась ситуация, когда для большинства населения основой жизни становятся определенные механизмы выживания (к примеру, выращивание овощей на даче) и «квазинеформальная экономика киосков».

Третья. Растущая поляризация населения, которая сопровождается снижением продолжительности жизни. Причем обнищание значительной части населения сопровождается кризисом системы социального страхования и здравоохранения. Реальная зарплата к концу 1995 г. составляла 35% от показателя, зафиксированного в декабре 1991 г. [7, с.266]. Наряду с этим происходит снижение продолжительности жизни населения. Так, в 1990 г. в России продолжительности жизни мужчин составляла 64 года, в США – 72 года. В 1994 г. она упала до 57 лет, ставя Россию ниже Египта и Боливии [7, с.150].

Быстрая интернационализация экономики, основными направлениями которой стали развитие экспорта и рост иностранных инвестиций.

В ноябре 1994 г. экспорт в России составил около 25% ВВП, а импорт около 17%,делая долю внешнеторгового сектора в ВВП вдвое выше, чем в США [7, с.145]. В последующие годы экспорт увеличивается, но он все более концентрируется на топливно-энергетическом секторе, который обеспечивает 50% общего экспорта [7, с.147]. Доля машин и оборудования в экспорте низкая. Причем почти две трети экспорта России поступает из Сибири и Дальнего Востока. Что касается импорта, то, в основном, несмотря даже в хороший урожай в отдельные годы, импорт продовольствия возрастает (к примеру, с 23 до 33% в 1994 г).

Портфельные инвестиции иностранного капитала увеличиваются. Так, 80% сделок на российской фондовой бирже являются иностранными. Такой интерес к ним обусловлен недооценкой акций российских компаний в ходе ускоренной приватизации, проведенной в 1992-1995 годах. Установлено, что в течение 1994 г. было зарезервировано (и еще пока не инвестировано) около 11 млрд. долл. под акции компаний в ряде секторов, в том числе: нефти и газа, электроники и телекоммуникаций и др. [7, с.149].В качестве такого примера выступает «Газпром», сосредотачивающий 40% мировых запасов природного газа. Он приватизирован, но остается под контролем российских государственных холдингов. Еще в 1994 г. его резервы роста были определены биржей в 30 центов с 1 долл. за баррель нефтяного эквивалента [7, с.149]. Большинство портфельных инвестиций, по мнению М.Кастельса, было заранее нацелено на финансовые спекуляции, а не реструктуризацию российской экономики. Наиболее ценная собственность в стране была оставлена менеджерами компаний и правительственными чиновниками под государственный контроль. Однако цены акций приватизированных компаний были занижены с целью предложения иностранным партнерам существенной прибыли за мгновенно получаемую наличность, которая чаще всего оседала на их банковских счетах за границей [7, с.149].

Что касается прямых иностранных инвестиций, то они в 1990-1994 годах составляли от 3 млрд. долл. до 5 млрд. долл. США, т.е. весьма скромные суммы особенно по сравнению с Китаем и Мексикой. В 1993 г. в Китай было инвестировано 23 млрд. долл., в Мексику в 1990-1992 годы – 63 млрд. долл. [7, c. 147]. Даже в потенциально прибыльном нефтяном и газовом секторе прямые иностранные инвестиции осуществлялись весьма осторожно. Это обусловлено правовой неопределенностью, бюрократическим произволом и проблемами безопасности. В связи с этим иностранный капитал в России ориентируется на получение преимущественного доступа к энергетическим и природным ресурсам, а также на выгодные финансовые сделки. Он старается как можно меньше включаться в российскую экономику, «установив свою собственную операционную инфраструктуру». В свою очередь целевое назначение правительства и российского предпринимательства в области прямых иностранных инвестиций предусматривает вовлечение иностранных партнеров в заранее «спланированные пакетные сделки без передачи им контроля».Исключение составляют те случаи, где отсутствуют альтернативы, к примеру, технологии и оборудование для шельфового бурения [7, с.149]. Во второй половине 90-х годов ХХ в. экономическая ситуация в России несколько изменилась. Была даже разработана стратегия, где было определено, что «рынок не является заменой государства, он есть его дополнение, без государства рынок не может работать» [7, с.151]. К началу ХХ1 в. Россия пребывает в состоянии активного поиска путей своего развития. Однако, по мнению В.Иноземцева, она не может, во-первых, повторить путь азиатских «тигров»; во-вторых, обеспечить быстрый выход из создавшейся ситуации. В качестве причин он выдвигает следующие [5, c.270]:

Отсутствие колоссальных инвестиционных ресурсов. В экономике страны с 1995 г. отмечается отрицательная чистая доля накопления. Валовые инвестиции в основной капитал в сопоставимых ценах в 1998 г. составили лишь 22% от уровня 1990 г. [5, с.270]. Прямые иностранные инвестиции, хотя в последующие годы составили 12 млрд. долл., качественно ситуацию не изменили. К тому же их рост был остановлен сначала азиатским кризисом, а затем отказом России от платежей по внешнему долгу [5, с.270]. В итоге общая сумма прямых иностранных инвестиций составила 2% годового ВВП страны [5, с.271]. Иностранные инвестиции на душу населения в России равны 80 долл. Это в 15 раз меньше, чем в Венгрии. Чтобы выйти из создавшейся ситуации России потребуется 1 трлн. долл. [5, с.271].

Зависимость России от импорта потребительских товаров, продовольствия и большинства информационных технологий. К примеру, страна до сих пор не производит комплектующих к компьютерным устройствам, программного обеспечения, систем спутниковой связи и мн. др.

Отсутствие благоприятного инвестиционного климата в стране, поощряющего экспорт. К тому же финансовая политика 1999 г. и 2000 г. направлена, во-первых, на ужесточение в налоговой сфере; во-вторых, на контроль за курсом национальной валюты и недопущение ее девальвации [5, с.272]. Такое отношение к национальной валюте, по мнению В.Иноземцева, является неразумным с точки зрения развития экспортоориентированных производств.

Недооценка роли национальной науки и интеллектуального потенциала страны. К примеру, неквалифицированные работники в России составляли в конце ХХ в.25%, в США – 2,5% [5, с.273]. Численность работающих по специальности научных кадров находится сегодня на уровне первых послевоенных лет, а выезд научных работников за рубеж составил 300 тыс. человек в год [5, с.273]. Потери, обусловленные утечкой интеллектуального капитала, по различным оценкам составляют от 45-50 млрд. долл. в год до 60-70 млрд. долл. за весь период реформ [5, с.273].

<< | >>
Источник: Зубарева Т.С.. Сравнительный анализ экономических систем. 2003

Еще по теме 4.2. Национальные модели смешанной экономики конца XX в. как рождение новой реальности:

  1. 4.1. Смешанная экономика в ретроспективе
  2. 4.2. Национальные модели смешанной экономики конца XX в. как рождение новой реальности
  3. ГЛАВА V. МОДЕЛИ СМЕШАННОЙ ЭКОНОМИКИ В РАЗВИВАЮЩИХСЯ СТРАНАХ
  4. 5.1. Концептуальные подходы к смешанной экономике в развивающихся странах
  5. 6.7. Модели рыночной экономики
  6. Становление смешанной экономики в Республике Беларусь.
  7. Шведская модель рыночной экономики.
  8. Четыре модели арктической экономики
  9. 5. СОЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА И СОЦИАЛЬНАЯ ЗАЩИТА НАСЕЛЕНИЯ (НАЦИОНАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ УЗБЕКИСТАНА)
  10. 4.5. Модели рыночной экономики. Особенности белорусской экономической модели
  11. 5.6. Модели рыночной экономики. Особенности белорусской национальной модели
  12. 2. СОВРЕМЕННЫЕ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ: КЛАССИЧЕСКАЯ РЫНОЧНАЯ, КОМАНДНАЯ И СМЕШАННАЯ ЭКОНОМИКА
  13. 3. НАЦИОНАЛЬНЫЕ МОДЕЛИ СМЕШАННОЙ ЭКОНОМИКИ
  14. 22. Модели рыночной экономики .Особенности белорусской национальной модели.
- Антимонопольное право - Бюджетна система України - Бюджетная система РФ - ВЭД РФ - Господарче право України - Государственное регулирование экономики России - Державне регулювання економіки в Україні - ЗЕД України - Инвестиции - Инновации - Инфляция - Информатика для экономистов - История экономики - История экономических учений - Коммерческая деятельность предприятия - Контроль и ревизия в России - Контроль і ревізія в Україні - Логистика - Макроэкономика - Математические методы в экономике - Международная экономика - Микроэкономика - Мировая экономика - Муніципальне та державне управління в Україні - Налоги и налогообложение - Организация производства - Основы экономики - Отраслевая экономика - Политическая экономия - Региональная экономика России - Стандартизация и управление качеством продукции - Страховая деятельность - Теория управления экономическими системами - Товароведение - Управление инновациями - Философия экономики - Ценообразование - Эконометрика - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика отрасли - Экономика предприятий - Экономика природопользования - Экономика регионов - Экономика труда - Экономическая география - Экономическая история - Экономическая статистика - Экономическая теория - Экономический анализ -