<<
>>

§ 3. Ответственность за неисполнение обязательств, возникающих из кредитного договора

На стороне как банка, так и заемщика может возникнуть просрочка в выполнении лежащих на них обязанностей: банк будет считаться просрочившим в случае непредоставления заемщику в установленный срок суммы кредита, а равно предоставление денежной суммы в меньшем размере; в свою очередь, заемщик будет считаться просрочившим в случае невыполнения обязательства по возврату кредита и обязательства по уплате процентов за кредит в полном объеме или в объеме, меньшем, чем это предусмотрено договором.

Во всех указанных случаях речь идет о невыполнении (ненадлежащем выполнении) обязательства по передаче определенной денежной суммы, т.е. о невыполнении денежного обязательства, объектом которого выступает передача денег с целью погашения долга, возникшего на стороне должника (банка или заемщика) в силу заключенного кредитного договора.

На просрочившую сторону может быть возложена ответственность в форме как возмещения убытков, так и уплаты неустойки. В последнем случае мы ведем речь о законной или договорной неустойке.

Несмотря на сформировавшуюся судебную практику применения положений ст. 395 ГК РФ, правовая природа процентов за пользование чужими денежными средствами до сих пор вызывает немалый интерес. Это в первую очередь связано с недостаточной законодательной регламентацией применения таких процентов. В частности, одним из дискуссионных вопросов остается вопрос о сфере применения процентов годовых, предусмотренных ст. 395 ГК РФ.

Из года в год в правовой периодической печати возвращаются к вопросу о природе процентов годовых*(370), предусмотренных ст. 395 ГК РФ, несмотря на то что позиция высших судебных органов сформирована и рассматривает уплату таких процентов в качестве особой (нетипичной) меры гражданско-правовой ответственности, отличной от уплаты неустойки и возмещения убытков. Так, в постановлении Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 г.

N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"*(371) указывалось, "что по отношению к убыткам проценты, так же как и неустойка, носят зачетный характер" (п. 50). Последнее дало возможность некоторым ученым сделать вывод о нетождественности указанных мер ответственности, что, в свою очередь, подкреплялось практикой рассмотрения дел Президиумом ВАС РФ и впоследствии получило закрепление в постановлении Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 8 октября 1998 г. N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами"*(372). Попытаемся еще раз разобраться в аргументации такого подхода и дать правовую оценку положениям Гражданского кодекса РФ о процентах годовых, предусмотренных за неисполнение денежного обязательства.

При определении природы процентов за пользование чужими денежными средствами основная полемика развернулась вокруг вопроса о соотношении таковых с неустойкой, сходство между которыми очевидно:

как неустойка, так и проценты, предусмотренные ст. 395 ГК РФ, применяются в случае нарушения обязательств должником и не требуют необходимости доказывания размера понесенных потерь;

размер подлежащих уплате сумм на случай нарушения обязательства заранее установлен и известен сторонам либо может быть определен на любой момент посредством применения установленных законом механизмов;

кредитор по денежному обязательству вправе требовать возмещения убытков как в части, превышающей сумму процентов, причитающихся ему на основании ст. 395 ГК РФ, так и в полном объеме сверх суммы процентов. Подобные правила предусмотрены и в отношении неустойки (п. 1 ст. 394 ГК РФ).

Тем не менее, некоторые ученые последовательно проводят мысль о том, что "проценты, взимаемые за неисполнение денежного обязательства, не могут признаваться неустойкой как по юридико-формальным причинам, так и по соображениям по существу. Юридико-формальные обстоятельства, не позволяющие квалифицировать проценты годовых в качестве неустойки, заключаются в дифференцированном регулировании названных правовых категорий"*(373).

В частности, к таких юридико-формальным обстоятельствам Л.А. Новоселова относит следующие:

во-первых, "проценты, предусмотренные п. 1 ст. 395 ГК РФ, не названы законодателем неустойкой (пеней)... ничто не препятствовало законодателю прямо определить природу применяемых при просрочке исполнения денежного обязательства санкций, назвав их неустойкой (пеней)";

во-вторых, "...пункт 1 ст. 394 ГК РФ допускает возможность установления законом или договором различного соотношения убытков и неустойки (установления исключительной, штрафной или альтернативной неустойки). Пункт 2 ст. 395 ГК РФ исключает возможность установления иного (кроме зачетного) соотношения между процентами и убытками"*(374).

На сущностные отличия процентов годовых от неустойки особо акцентировал внимание В.В. Витрянский. В качестве таковых ученый выделяет два основных момента: 1) "при внешней схожести (особенно по форме исчисления) с неустойкой (в особенности с пеней) проценты годовых за пользование чужими денежными средствами, в отличие от неустойки, не могут признаваться способом обеспечения исполнения обязательств"; 2) "особенности процентов годовых, выделяющие их в самостоятельную форму гражданско-правовой ответственности, следует искать не столько в специфике их исчисления, доказывания и применения, как это имеет в случае с убытками и неустойки, а в специфическом предмете самого денежного обязательства". С учетом последнего он пришел к выводу, "что при взимании процентов за неисполнение денежного обязательства не должны приниматься во внимание соответствующие нормы, содержащиеся в ст. 401 и 416 ГК"*(375).

На наш взгляд, вряд ли указанные доводы можно признать убедительными, поскольку при обращении к обоснованиям данной позиции наблюдается некоторая несогласованность и между точками зрения ученых, отстаивающих самостоятельность процентов годовых как меры ответственности. Так, если В.В. Витрянский настаивает именно на сущностных особенностях процентов за пользование чужими денежными средствами, то Л.А.

Новоселова таковые признает неубедительными, отмечая, что "разграничение неустойки (пени), начисляемой при просрочке исполнения денежного обязательства, и процентов, предусмотренных п. 1 ст. 395, рассматриваемых как форма ответственности, в большей степени основывается на формально-юридических признаках"*(376).

Представляется, что как юридико-формальные признаки, так и существо процентов годовых, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, доказывают обратное, а именно отсутствие оснований для выделения таковых в самостоятельную меру гражданско-правовой ответственности.

Так, часть первая Гражданского кодекса РФ содержит только одну статью, содержание которой соотносится с применением процентов за пользование чужими денежными средствами, тогда как категория "неустойка" не только определена законодателем по содержанию (ст. 330 ГК РФ), но и подробно им регламентирована. Более того, взыскание неустойки четко определяется как способ защиты гражданских прав, в то время как о процентах годовых, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, вообще не содержится упоминание в ст. 12 ГК РФ. Можно ли предположить, что данная мера ответственности отнесена данной статьей к иным способам защиты, предусмотренным законом?

Уплату процентов за просрочку денежного обязательства нельзя признать новым гражданско-правовым институтом. Напротив, активная дискуссия о природе процентов годовых в российской цивилистике продолжается уже второе столетие, а указание на применение таковых содержалось еще в проекте Гражданского уложения*(377). Именно по этой причине ничто не мешало законодателю указать в ст. 12 ГК РФ на возможность применения такого способа защиты гражданских прав, как уплата процентов за пользование чужими денежными средствами. Причем, если в части второй Гражданского кодекса РФ указание на применение неустойки содержится лишь в трех статьях (505, 521, 622), то сфера применения процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, гораздо шире. Вряд ли можно предположить, что, не учитывая в перечне способов защиты гражданских прав взыскание процентов годовых, законодатель не представлял себе возможные масштабы применения последних при неисполнении денежного обязательства.

При признании за процентами годовых качеств самостоятельной меры ответственности возникает потребность в определении сущностных (принципиальных) особенностей достаточных для обоснования самостоятельности такой меры ответственности. Такие особенности можно было бы выявить из содержания правовой регламентации, однако таковая в действующем Гражданском кодексе сводится лишь к одной статье, содержание которой не позволяет ответить на большинство принципиальных вопросов, как-то: соотношение процентов годовых и неустойки, возможность снижения процентов годовых, условия возникновения ответственности за неисполнение денежного обязательства, порядок взыскания процентов годовых и многих других, которые, в частности, разрешены в отношении неустойки. Несмотря на то что по вопросам практики применения положений о процентах за пользование чужими денежными средствами принято соответствующее постановление высших судебных органов (постановление Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ N 13/14), силу нормативного правового акта оно не имеет, а, следовательно, содержание такого постановления не может восполнить пробел, касающийся правового регулирования процентов годовых. Нельзя подвести положения такого постановления и под применение аналогии закона и аналогии права. Более того, если и воспользоваться аналогией закона, позволяющей применить правила, регулирующие сходные отношения, то таковыми правилами будут выступать положения Гражданского кодекса РФ, соотносимые с неустойкой, что, естественно, сводит на нет тезис о процентах за пользование чужими денежными средствами как о самостоятельной мере ответственности.

Исходя из названия ст. 395 ГК РФ, можно сделать вывод о том, что она устанавливает ответственность за неисполнение денежного обязательства. Учитывая тот факт, что, с одной стороны, название статей закона не имеет силы нормы права, а, с другой - в содержании данной статьи термин "денежное обязательство" не используется, возникает вопрос: в отношении нарушения каких обязательств можно говорить о возможности применения последствий, предусмотренных ст. 395 ГК РФ.

Денежное обязательство можно толковать как в широком, так и узком смысловом значении. В первом случае под денежное обязательство подпадает всякое обязательство, в котором объектом выступает передача денежных средств с единственным условием выполнения платежной (расчетной) функции, предусмотренной п. 1 ст. 140 ГК РФ. Во втором случае денежное обязательство предполагает действие, связанное с передачей денежных средств, направленное на погашение денежного долга. Другими словами, речь идет о погашении денежного долга платежом. Именно в таком (узком) смысловом значении термин "денежное обязательство" для цели ст. 395 ГК РФ воспринято высшими судебными органами. Так, в п. 1 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ N 13/14 содержится указание на то, что положения ст. 395 ГК РФ "не применяются к отношениям сторон, если они не связаны с использованием денег в качестве средства платежа, средства погашения денежного долга". Насколько указанное положение соответствует смыслу нормы п. 1 ст. 395 ГК РФ?

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ пользование чужими денежными средствами имеет место, во-первых, в случае неправомерного удержания денежных средств, во-вторых, в случае уклонения от возврата денежных средств, в-третьих, в случае иной просрочки в уплате, отличной от уклонения возврата денежных средств, в-четвертых, в случае неосновательного получения денежных средств, в-пятых, в случае неосновательного сбережения денежных средств за счет другого лица. При этом правила ст. 395 ГК РФ подлежат применению в отношении всех возможных ситуаций пользования чужими денежными средствами, а не только в случаях, предусмотренных законом или договором.

Неправомерное удержание имеет место в тех случаях, когда лицо, владеющее денежными средствами в силу закона или на основании договора, не исполняет возложенную на него обязанность передать денежные средства управомоченному лицу либо не исполняет иную обязанность, хотя и не связанную непосредственно с передачей денежных средств. В частности, речь идет о положении п. 3 ст. 866 ГК РФ, когда годовые проценты начисляются на сумму денежных средств, неправомерно удержанных в силу нарушения банком правил расчетных операций, опосредующих расчеты платежными поручениями. Неправомерность удержания имеет место и при невыполнении указаний клиента по договору банковского счета о перечислении денежных средств со счета либо их выдаче со счета (ст. 856 ГК РФ).

Указанные случаи неправомерного удержания связаны с неисполнением обязательств по оказанию услуг, которые не могут быть денежными в принципе. Возможность применения процентов годовых основана на том, что услуги банка осуществляются в отношении денежных средств, находящихся на банковском счете клиента.

Примером неправомерного удержания денежных средств выступает также случай, когда продавец не исполняет обязанность передать предварительно оплаченный товар (п. 4 ст. 487 ГК РФ). Неправомерность выражается непосредственно во владении денежными средствами, переданными в оплату товара, подлежащего передаче через некоторый промежуток времени, но который так и не был передан покупателю. Неправомерное удержание будет продолжаться до надлежащего исполнения обязательства по передаче товара либо до момента возникновения требования о возврате уплаченной покупателем денежной суммы. В последнем случае речь идет об одностороннем расторжении договора в силу существенного нарушения его условий. С момента такого расторжения на стороне продавца уже не будет иметь место неправомерное удержание в смысле ст. 395 ГК РФ, а возникает неосновательное получение, на сумму которого подлежат начислению те же проценты годовых в силу прямого указания п. 2 ст. 1107 ГК РФ.

Уклонение от возврата денежных средств предполагает наличие денежного долга на стороне должника и поэтому укладывается в понимание денежного обязательства в узком смысловом значении. Подобные отношения возникают при заемных обязательствах. Так, согласно п. 1 ст. 811 ГК РФ "если иное не предусмотрено законом иди договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном п. 1 ст. 395...".

Категория "иная просрочка" предполагает наличие обязательств по оплате имущества, товара, работы, услуги, которые не исполняются либо исполняются ненадлежаще. Так, иная просрочка имеет место при несвоевременном исполнении покупателем обязательства по оплате товара (п. 3 ст. 486 ГК РФ), а также в случае, когда покупатель не исполняет обязанность по оплате товара, переданного в кредит (п. 4 ст. 488 ГК РФ). К иной просрочке уплаты денежных средств относятся также следующие случаи: просрочка выплаты ренты (ст. 588 ГК РФ); отказ плательщика от оплаты чека чекодержателем (ст. 885 ГК РФ); неоплата векселя (ст. 3 Федерального закона "О простом и переводном векселе"). При этом важно учесть, что просрочка в оплате имеет место во всех случаях, связанных с перемещением денежных средств, когда такое перемещение связано с реализацией платежной (расчетной) функции денег. Другими словами, имеет место просрочка исполнения денежного обязательства в широком смысловом значении. В частности, под такое перемещение денежных средств подпадает исполнение обязательства по предоставлению кредита, возникшего в силу заключенного кредитного договора.

Пункт 2 ст. 835 ГК РФ затрагивает случаи, когда на стороне лица, привлекающего денежные средства во вклады, выступает либо субъект, не имеющий вообще статуса кредитной организации (такая сделка является ничтожной), либо кредитная организация, не имеющая права на привлечение денежных средств физических лиц во вклады (сделка является оспоримой). В таких ситуациях встает вопрос о применении последствий недействительной сделки, а именно лицо, привлекшее денежные средства без установленных на то оснований, обязано возвратить такие денежные средства (неосновательно полученное) по правилам главы 60 ГК РФ. Подобному же режиму неосновательно полученных денежных средств подчиняются денежные средства граждан, привлеченные для строительства многоквартирного дома лицом, не имеющим на это право (п. 3 ст. 3 Федерального закона "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости"). О неосновательном получении (приобретении) необходимо говорить при неосновательном списании банком денежных средств со счета клиента (ст. 856 ГК РФ). Под режим неосновательно полученных денежных средств подпадают и все те денежные средства, обязанность по возврату которых возникла вследствие применения последствий недействительности сделок, вследствие установления факта незаключения договора, вследствие расторжения договора или прекращения договора по иным основаниям, отличным от надлежащего исполнения.

Неосновательное сбережение денежных средств может возникнуть из нарушений правил об обязательном страховании, когда на стороне лица, нарушившего обязанность страхования, возникают суммы неосновательного сбережения, на которые подлежат начислению проценты, предусмотренные ст. 395 ГК РФ, с взысканием этих сумм в доход государства (п. 3 ст. 937 ГК РФ). Под случаи неосновательного денежного сбережения подпадают и те случаи, которые законом названы в качестве таковых, в частности, речь идет о выгоде, которая формируется за счет неосновательного временного пользования чужим имуществом без намерения его приобретения или за счет неосновательного пользования чужими услугами.

Гражданский кодекс РФ (глава 60) учитывает общие последствия неосновательного денежного обогащения, объединяющего как неосновательное получение, так и неосновательное сбережение, предусматривающие начисление процентов за пользование чужими денежными средствами в качестве законной неустойки.

Учитывая изложенное, можно констатировать, что сфера применения ст. 395 ГК РФ не ограничивается только денежным обязательством в том узком смысловом значении, которое "навязано" высшими судебными органами. Проценты за пользование чужими денежными средствами применяются ко всем тем случаям, когда на стороне должника находятся денежные средства, либо подлежащие передаче кредитору, либо полученные должником, с тем чтобы совершить действия как в отношении этих денежных средств, так и другого имущества, составляющего объект встречного предоставления. Статья 395 ГК РФ выступает примером, когда название статьи не отражает ее содержание и поэтому не может приниматься во внимание, так же как, например, не принимается во внимание название ст. 1109 "Неосновательное обогащение, не подлежащее возврату" ГК РФ, поскольку содержание данной статьи определяет режим имущества, не подлежащего квалификации в качестве неосновательного обогащения, в силу чего и не подлежит возврату.

Таким образом, нельзя согласиться с существующим подходом судебной практики применения процентов за пользование чужими денежными средствами как нетипичной меры гражданско-правовой ответственности. Исследуемые проценты укладываются в конструкцию неустойки, являются разновидностью последней. Такой подход к определению природы процентов годовых, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, не только разрешает большинство существующих вопросов их применения, но и соответствует принципам доступности права, требованиям добросовестности, разумности и справедливости.

При удовлетворении требования кредитора о взыскании неустойки, в размере, определяемом ст. 395 ГК РФ, следует учитывать некоторые аспекты.

Исполнение обязательств по уплате процентов годовых как санкции и уплате процентов годовых как платы должны предшествовать исполнению обязательства по возврату основной суммы долга (кредита) или исполняться одновременно с ним. В этой связи при определении последствий погашения требований кредитора по денежному обязательству вызывает возражения подход, изложенный в п. 11 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ N 13/14. Согласно данному пункту "...при применении норм об очередности погашения требований по денежному обязательству при недостаточности суммы произведенного платежа (ст. 319 ГК) судам следует исходить из того, что под процентами, погашаемыми ранее основной суммы долга, понимаются проценты за пользование денежными средствами, подлежащие уплате по денежному обязательству, в частности, проценты за пользование суммой займа, кредита, аванса и т.д.". Проценты, предусмотренные ст. 395 ГК РФ, "... погашаются после суммы основного долга".

В предложенном в п. 11 указанного постановления подходе удовлетворения требований кредитора видится игнорирование правовой природы акцессорного обязательства, каким является обязательство по уплате процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ. Статья 319 ГК РФ устанавливает общее правило последовательности погашения обязательств при недостаточности суммы произведенного платежа для исполнения денежных обязательств в полном объеме. Законодатель определяет, что уплата процентов предшествует уплате основной суммы долга. В основу такого порядка погашения требований кредитора положен акцессорный (дополнительный) характер обязательства по уплате процентов. Такое обязательство, в принципе, не может быть погашено после уплаты основной суммы долга лишь по той причине, что в силу своего акцессорного характера по отношению к основному обязательству (обязательству по уплате основной суммы долга) с прекращением последнего прекращается и само. Здесь действует правило: прекращение основного обязательства приводит к прекращению всех дополнительных обязательств. Другими словами, с прекращением основного обязательства (например, с уплатой заемщиком полностью суммы кредита) должник снимает с себя бремя несения дополнительных затрат, связанных с уплатой неустойки.

При этом правило ст. 319 ГК РФ нельзя трактовать без учета существа надлежащего исполнения обязательства. Выражение данной статьи "при отсутствии иного соглашения" нельзя понимать как оговорку, позволяющую установить любой иной порядок погашения денежных обязательств, в случае если произведенный платеж недостаточен для погашения таких обязательств полностью. Данное выражение, учитывая существо надлежащего исполнения и характер соотношения основного и дополнительных обязательств, позволяет соглашением сторон определить такой порядок погашения, при котором требования кредитора будут подлежать удовлетворению с условием, что погашение последней части долга, возникающего из обязательств по погашению издержек кредитора и уплате процентов, будет предшествовать погашению последней части основного долга или, по крайней мере, совпадать по времени с погашением этой последней части долга.

Представляется, что несостоятельность позиции, изложенной в п. 11 указанного постановления, можно определить, не обращаясь к существу акцессорного обязательства, а руководствуясь лишь существом исполнения основного обязательства.

Если кредитор определил, что предоставленная сумма, недостаточная для погашения всех обязательств должника, идет в погашение основного долга, то это означает, что кредитор принимает не просто исполнение, а исполнение, которое им определено как надлежащее. Следовательно, согласившись с тем, что предложенная сумма погашает основной долг, несмотря на неудовлетворенное требование об уплате неустойки, кредитор соглашается и с тем, что предложенная сумма к уплате предоставлена должником в срок, который с момента принятия суммы кредитором в погашение основного долга будет считаться надлежащим. Поскольку надлежащее исполнение по своему существу не может служить основанием возложения на должника негативных последствий, любое последующее требование кредитора об уплате каких-либо иных платежей должно рассматриваться как несоответствующее требованиям закона. Любое последующее требование, сделанное после прекращения основного обязательства, не имеет никакого правового основания. Однако, если должник, который уже после прекращения основного обязательства все же совершает платеж, зная, что его ничего не связывает с кредитором, он не может впоследствии предъявить требование о возврате уплаченных сумм как сумм, составляющих неосновательное денежное обогащение кредитора. Существо платежа, сделанного после прекращения основного обязательства, сводится к тому, что оно совершено в отсутствие обязательства, о чем плательщик знал. Данное обстоятельство позволяет получателю денежных средств отказаться от их возврата (подп. 4 ст. 1109 ГК РФ), так как такие денежные средства являются имуществом, которое не подлежит квалификации в качестве неосновательного обогащения.

Еще один аспект, на который следует обратить внимание, - это размер процентов за пользование чужими денежными средствами. Несмотря на то что в постановлении N 13/14 прямо не говорится о том, что за основу должна браться ставка рефинансирования, между тем п. 2 данного постановления определяет: "При расчете подлежащих уплате годовых процентов по ставке рефинансирования Центрального банка Российской Федерации число дней в году (месяце) принимается равным соответственно 360 и 30 дням, если иное не установлено соглашение сторон, обязательными для сторон правилами, а также обычаями делового оборота".

Не вызывает сомнения, что смысловая оговорка "если иное не установлено..." относится к иному определению периода исчисления процентов, но никак не затрагивает сам размер процентов. Более того, можно предположить, что высшие судебные органы исходят из того, что проценты за пользование чужими денежными средствами однозначно соответствуют ставке рефинансирования Банка России. Между тем, ни ст. 395 ГК РФ, ни существо процентов годовых, которыми следует определять размер законной неустойки, не позволяют принимать за основу исчисления процентов годовых непосредственно ставку рефинансирования. Исследуемая статья содержит правило, согласно которому "размер процентов определяется существующей в месте жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части". Учетная ставка банковского процента определяется учетной политикой такого коммерческого банка, место нахождение которого совпадает с местонахождением кредитора. Следовательно, если кредитором выступает непосредственно банк, то и размер законной неустойки соответствует учетной ставкой банковского процента соответствующей учетной политике данного банка.

Изложенное не позволяет согласиться с возможностью использования ставки рефинансирования Банка России в качестве определяющей размер процентов годовых по ст. 395 ГК РФ, если только законом или соглашением сторон прямо не предусмотрено применение ставки рефинансирования Банка России.

Определяя проценты, предусмотренные ст. 395 ГК РФ, как законную неустойку, следует не согласиться и с некоторыми другими положениями постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ N 13/14, в частности, с разъяснением, содержащимся в абз. 6 п. 15: "При наличии в договоре условий о начислении при просрочке возврата долга повышенных процентов, а также неустойки за то же нарушение (за исключением штрафной) кредитор вправе предъявить требование о применении одной из мер ответственности, не доказывая факта и размера убытков, понесенных им при неисполнении денежного обязательства".

Естественно, что признанная нами однородность процентов годовых, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, и неустойки исключает возможность постановки вопроса об их соотношении. Приведенное положение обращает на себя внимание тем, что допускает существование такой ситуации, в которой стороны могут предусмотреть установление двух одинаковых санкций за одно нарушение: повышенных процентов и штрафной неустойки. На наш взгляд, подобные договорные условия должны рассматриваться через призму положений ст. 10 "Пределы осуществления гражданских прав" ГК РФ, т.е. как случаи злоупотребления правом, влекущие ничтожность подобных условий.

<< | >>
Источник: Неизвестный. Курс лекций – Банковское право. Часть 1. Банковское кредитование 2010г. – 185 с.. 2010

Еще по теме § 3. Ответственность за неисполнение обязательств, возникающих из кредитного договора:

  1. 2.2. Организация мониторинга кредитного риска ссуды и кредитного портфеля банка.
  2. § 2. Договор финансирования под уступку денежного требования
  3. § 3. Договор лизинга
  4. § 4. Условия договора доверительного управления ценными бумагами
  5. 6.6. Кредитные истории  
  6. Страхование ответственности в кредитных союзах
  7. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ СТОРОН
  8. Залог, как способ обеспечения исполнения обязательств на первичном рынке ипотечного жилищного кредитования.
  9. § 4. Прекращение обязательств по возврату кредита и уплате процентов
  10. § 2. Отдельные вопросы заключения кредитного договора
  11. § 3. Ответственность за неисполнение обязательств, возникающих из кредитного договора